— В каком-то смысле ты права. Я действительно убила нашу мать.
По толпе прокатился резких вздох. Внутренне Любовь засмеялась. Она привлекла их внимание. Все взгляды прикованы к ее лицу.
Смирение выглядела сбитой с толку. Она прищурилась.
— Я убила нашу мать, потому что отказалась следовать за ней. Я выбрала «Вечную жизнь», — сказала Любовь.
Сестра выпучила глаза, словно рыба, лихорадочно подыскивая ответ, но Любовь не дала ей такой возможности. Решительно подойдя к Спасителю и Благородству, она уставилась на мамино тело. Она ничего не чувствовала. Только восторг. Азарт от того, что публика ловит каждое ее слово.
— Милость была моей матерью, но она была слабой. Так же, как ее муж до нее, она была предателем. — Любовь заговорила тише и повернулась лицом к зрителям. — Хотите секрет? — Она замолчала, завладев ими. — Ночью праздника в честь ребенка Надежды моя мать пыталась украсть микроавтобус и покинуть наш любимый дом. Пыталась заставить меня поехать с ней. И Смирение.
Она украдкой взглянула на Смирение. Лицо сестры было каменным, глаза остекленели. Она поняла, что проиграла. Если она произнесет хоть слово, Любовь расскажет им всю правду: что Смирение была более чем готова украсть микроавтобус и сбежать вместе с матерью.
— Конечно, я не хотела уезжать. Я всегда была полностью предана нашему пути, нашему милосердному лидеру, моему любимому мужу, но мне было всего шестнадцать лет и я была напугана. Я растерялась. Всю жизнь мне внушали, что моя мать предана делу. Я думала, ей остались считанные дни до полного просветления. Сказать, что это стало для меня потрясением, будет преуменьшением. Я была в ужасе. Я пыталась убедить ее остаться и объясняла, что если она заберет микроавтобус, а у Надежды начнутся схватки, то ее не смогут вовремя отвезти в больницу, но разве ее это волновало?
Любовь оставила вопрос без ответа. Она покачала головой, выдавив из себя слезу, и бросила взгляд на сестру.
— Смирение тоже была в ужасе. Только благодаря Усердию сегодня мы все еще здесь. Если бы он не пришел, моя мать посадила бы нас в микроавтобус и увезла Бог знает куда жить среди неверующих масс, не имея никакой цели, кроме смерти.
Она вздохнула, вытерла слезы. Обратила к каждому члену общины самый искренний взгляд. Спаситель смотрел на нее, впитывая каждое слово.
— Мы дали ей последний шанс. Приняли ее обратно в паству. Позволили стать членом совета. Мы ей доверяли. Я ей доверяла. И у меня сердце разрывается, когда я вижу, что все оказалось притворством. Моя мать была запутавшейся, слабой женщиной. Она не была одной из нас и знала это. Милость знала, что она никогда не сможет придерживаться наших ценностей. Никогда не станет достаточно чистой, чтобы достичь полного просветления. Вот почему она совершила этот отвратительный поступок. Она сделала это, чтобы наказать себя, но также чтобы заставить вас усомниться в своих убеждениях. Напугать вас. Милость боялась, поэтому хотела, чтобы другие испытывали то же самое.