– Как красиво! – воскликнула Пирра.
– Ты про что? – рассеянно пробормотал Гилас, оглядываясь по сторонам в поисках добычи.
– Про все!
Пирра широко раскинула руки. Гилас озадаченно взглянул на девочку и покачал головой. Он вырос в лесу и не понимал, с чего вдруг Пирра восторгается обычными вещами.
Пока шли, Разбойница то и дело подкрадывалась к девочке и била лапой по лодыжкам.
– Прекрати! – возмутилась Пирра и пригрозила озорной малышке веткой.
– Это она учится охотиться, – пояснил Гилас. – Так взрослые львы сбивают с ног добычу.
– Я ей не добыча, – проворчала Пирра. – Разбойница, нельзя!
Но малышка никак не успокаивалась. Пришлось отвлекать: Пирра привязала к травяному жгуту мячик и потянула за собой.
Вдруг до них донесся голос Моря. Выйдя из-под деревьев, все трое очутились в ущелье. Но таких причудливых ущелий никому из них видеть не доводилось.
Вокруг вздымаются гигантские застывшие волны из ослепительно сверкающего белоснежного камня. Казалось, в этом месте Море когда-то напало на сушу, но одно прикосновение бессмертного божества заставило водную стихию застыть неподвижно. Под ногами скачут белые полупрозрачные сверчки.
Гилас и Пирра прокладывали себе дорогу между зарослями можжевельника и молочая. И тот и другой казались бледными из-за слоя белой пыли. Кое-где попадались островки светлого песка. Там росли высокие, величавые белые цветы.
– В первый раз такие вижу, – заметил Гилас.
– А я знаю, что это за цветы, – ответила Пирра. В голосе девочки прозвучала легкая тревога. – Морские Лилии. Они священны. Цветут только летом на самых жарких берегах. Мать использует их для заклинаний, когда надо кого-то найти.
Но Гилас не слушал.
– Море! – прокричал мальчик и взбежал на высокий гребень из гладкого белого камня.
Пирра сразу позабыла про Морские Лилии и полезла следом. Но когда добрались до верхушки, оказалось, что к воде спускается отвесный склон.
– Нет, тут нам не слезть, – покачал головой Гилас. – Ничего не поделаешь, обойдемся без рыбы.
Пришлось брести обратно. Долгий поход обернулся ничем – только сильнее проголодались.
И вдруг за кустами можжевельника Пирра заметила то, чего раньше не разглядела.
– Гранаты! – радостно воскликнула девочка и побежала проверять – может, плоды уже созрели?
– Гра… что? – окликнул Гилас.
– Сейчас попробуешь! У них очень вкусные зерна!
– Ладно, только поскорее. Надо еще силков поставить.
Пирра не ответила.
Сорвала три граната, потянулась за четвертым и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд.
Кто-то смотрел на нее из кустов на краю ущелья. Против Солнца трудно разобрать, что это за зверь: Пирра разглядела только рога и отвислые уши. Девочка едва успела предположить, что это коза, как в воздухе просвистел камень и животное рухнуло прямо к ее ногам.