– Рисуй спальню вокруг кровати.
Данита начала терять сознание. Она никогда не была полнокровной и знала о своей предрасположенности к обморокам. Она машинально потерла виски, щеки. Взяла карандаш и принялась по памяти рисовать родительскую спальню. Зилу еще раз пристально на нее посмотрел.
– Данита. На кону жизнь вашего брата. Признание освободит тебя от наказания. Тебе вообще ничего не будет. Его – может быть, Судья помилует.
– Это наша спальня. Может, я что и забыла, но в целом верно.
Грателли ждал развязки – он даже привстал, чтобы посмотреть, как Зилу выложит второй листочек. Театрально медленно, Зилу перевернул листок – там была коряво, рукой Пуна, нарисована очень похожая спальня – вход и окно были на месте, кровать стояла там же, шкаф, даже ковер.
– Переводим ее к Пуну.
– Ох, Зилу, это просто как в шоу, где делают тесты ДНК.
– Грателли, прекрати подлизываться.
– Да что ты. Пойдем, – обратился он к Даните.
Грателли вывел Даниту к ожидающему ее на улице Пуну, Зилу зачем-то последовал за ними. Пун бросился к «жене», обнял крепко-крепко и успел шепнуть: «Целуй!» Данита начала целовать брата в губы, потом поняла, что нужен французский поцелуй, с полной отдачей, и они слились в нем, спасая себе жизни на глазах Зилу. Грателли опять пришел в восторг:
– Вот так мелодрама, Зилу!
Пун вдохновенно сжал задницу Даниты, и та, чтобы перенести позор, представила себе Лона на его месте.
Эмма с трудом разыскала Крюгера. Те соседи, у которых она спрашивала дорогу, неопределенно махали рукой в сторону внутренних переулков клана. Клан мусорщиков – самый большой, располагался в огромном замкнутом квартале и еще целом ряде внешних контейнеров, которые достроили, или, вернее сказать, доставили, когда население острова разрослось. Эмма шла, обращаясь уже ко всем без разбору, и только какой-то мальчишка, лет десяти, ковырявшийся в ручейке сточной канавы, проводил ее. Жилье Крюгера было практичным и более скудным, чем кабинет Зилу, и уже тем более, чем покои Судьи. Видно было, что Крюгер в вещах ценит прочность и долговечность – поэтому у него был железный шкаф, прочная, железная же кровать, большие навесные замки, ковер из плетеного пластика. Эмме бросились в глаза порножурналы, которые лежали на тумбочке. Крюгер перехватил ее взгляд и приподнял брови – мол, что поделаешь, такова холостяцкая жизнь.
Визиту Эммы он не удивился – он с первого дня ждал проблем с Джеральдом. Как хозяин клана, он определял судьбы людей – и бывало, что отправлял их на «ужасную» работу в клан аграриев.