… где-то рядом по соседней тропинке шелестят шаги сухонькой старушки с букетиком цветов в руках, от дороги доносятся радостные детские голоса, сигналят автомобили, в кустах шелестит непоседа-воробей — все это выхватывает меня из моих воспоминаний, и я, снова вернувшись к реальности, прижимаю руку к своему опустевшему лону и сгинаюсь, как от боли. Слезы прорываются надрывным вскриком-всхлипом, затапливая таким отупляющим одиночеством, что становится тяжело дышать.
— Сегодня нашему малышу исполнилось полгода, — говорит мне Юрген, протягивая маленькие пинетки голубого цвета, — еще совсем чуть-чуть и мы сможем с ним познакомиться. Скорее бы!
Я только «за», — хмыкаю я, подпирая ноющую поясницу руками.
Хочу это отметить, Джессика, — Юрген целует меня в кончик носа, — одевайся, мы едем в ресторан!
Лучше бы мы тогда остались дома, лучше бы я продолжила жаловаться на свою ноющую поясницу и постоянное неизбывное желание спать, лучше бы… Но Юрген был так возбужден и так настроен на праздник, что мне не хотелось портить его настроение отказом…
С вами все хорошо? — слышу я обеспокоенный голос за своей спиной. Та сама старушка с цветами, виденная мною ранее, стоит и заботливо смотрит на меня из-под полей своей зимней шляпки.
Все хорошо, — отзываюсь я по привычке, размазывая слезы по оледеневшему на холодном ветру лицу. Она протягивает мне бумажную салфетку. — Спасибо… Я просто давно здесь не была, — решаю пояснить я свое зареванное лицо. — А теперь разом столько всего нахлынуло…
Она смотрит на выбитые в камне цифры и тихонько вздыхает.
Муж? — спрашивает она.
Я киваю головой.
Мой тоже тут лежит, — шелестит она еле слышно. — Вот уже пятый год пошел… Да и мне недолго осталось. А вот ты, — она вскидывает на меня подернутые печалью глаза, — ты другое дело, ты еще так молода, ты еще будешь счастлива, милая. Вот увидишь…
И похлопав меня по спине своей маленькой иссохшейся ладонью, она медленно побрела прочь, словно древняя весталка в обители печали. Я утираю слезы и смотрю на часы… Шесть. Мы с Ником договорились встретиться в половину седьмого и осмотреть его пустующую квартиру — он дал мне адрес только сегодня.
Когда я добираюсь до места, тот уже стоит у машины и ждет меня.
Парень, в которого я могла бы влюбиться!
Мы молча проходим по заледеневшей дорожке до подъезда, а потом поднимаемся в квартиру, встречающую нас гулким эхом и тишиной пустых комнат.
Сейчас здесь не очень уютно, — говорит Доминик, оглядывая прихожую, в которой мы сейчас стоим, а потом вдруг всматривается в мое лицо при ярком свете электрической лампочки и заботливо интересуется: — Ты плакала, Джессика? Что произошло?