— Даже так?
— Мы с ним говорили.
Анжелина помолчала.
Не нравилось ей произносить такие вещи вслух, но…
Есть несколько степеней откровенности.
Для чужих, для своих, вот, в семье допустима только полная открытость. Иначе никак нельзя.
Солжешь, сподличаешь, и потеряешь доверие близких. А кто еще может принять тебя такой, какая ты есть? Кто придет тебе на помощь в трудную минуту?
В семье неуместна ложь, даже во спасение. Потому, что ее не простят сами «спасаемые».
— Бран сказал, что не хочет оставаться на Вирме. Его клана больше нет.
— Но есть те, кому он может отомстить.
— Есть. Но — нельзя.
— То есть?
— Бран посвящен Холошу, ты это знаешь?
— Знаю. Странно, что это знаешь ты…
Анжелина пожала плечами.
Посвящение самому, наверное, страшному из вирманских божеств ее ничуть не трогало. Если ты принимаешь любимого человека, то со всеми достоинствами и недостатками. Правда, к которому списку относится посвящение Анжелина так и не определилась.
— Я видела, как он убивает.
Ричард сдвинул брови.
Он был уже в курсе всей истории, знал, как спасли сестру, и понимал, что если бы не Бран… в чем-то их брак справедлив. Не было бы Брана, и Анжелины сейчас не было бы. Он спас жизнь сестренки, а раз так…
— Почти сказка, да, Анжи? Герой спас прекрасную принцессу, и давай на ней жениться.
— Пошляк, — фыркнула на брата Анжелина.
— Зато умный и красивый.
— Это — да.
— Так что там с местью? — вернулся к теме Ричард.
— Бран посвящен Холошу. Если сейчас он начнет мстить, Вирма вспыхнет. И этот мятеж придавить так же легко и просто уже не удастся. Ты же понимаешь, такие мятежи пятью родами не ограничиваются. Есть кто-то еще, наверняка, но кто и сколько? Их надо выявлять, медленно, постепенно, и давить уже по-тихому.
— В этом Бран был бы незаменим.
— Да. Но останься он на Вирме — станет мишенью. Его род уничтожили, потому что были уверены в гибели Брана. В своей победе. А если он останется… это угроза убийцам. Они начнут за ним охоту, и первыми пострадают его дети. На такое Бран пойти не может.
— А на что — может?
— Они с Олавом будут переписываться. И есть несколько людей…
Анжелина не кривила душой, она просто не знала всего.
Несколько людей!
Целая сеть, опутавшая Вирму, так-то. И эти ниточки Бран передавал Олаву. Хотя и не все.
Постепенно они узнают, и кто, и как, и когда.
А месть… месть принято подавать холодной.
Он подождет. Ничего страшного, время еще придет.
Ричард хмыкнул. Он более четко представлял себе эту картину… ладно, если Бран так сказал сестре, пусть так и будет. Он ведь не соврал, он просто недоговорил, это разные вещи.