— Душегуб?
— Нет. У меня там знакомый служит в охране порядка, так что, информация проверена. Пишет, что вся бедовая семейка Большого у них под пристальным вниманием. Максимум, морды «начистят» несговорчивым обозникам. Надо подкорректировать истории жизни этих двоих, чтобы и на правду похоже, и «привязать» личности нельзя было к конкретным людям.
— Я займусь этим, — предложил свою кандидатуру маг. — Скрывать людей от Первой Советницы приходилось много — опыт имеется основательный.
Неожиданно, без стука вбежал взволнованный Филь.
— Там королевский дозор прибыл! Ищут главного, как они сказали!
— Что им надо?
— Не знаю, но очень нервные!
— Расходимся! — приказал Магистр. — Филь! Пойдём вместе, будто бы ты меня нашёл во время обхода школьной территории.
Королевских воинов отыскали практически сразу. Запылённые, уставшие солдаты так и не слезли со своих коней, расположившись на площади, которая была ночью наиболее освещена.
— Я — Замруд Лембийский! С кем имею честь?
— Командир второй дозорной группы шестой северной заставы десятник Розун! — выехал вперёд один из всадников. — Срочное донесение! В вашу сторону движется Гон…
— Ох! — непроизвольно вырвалось у Филя.
— Приказано принять все меры по обеспечению безопасности людей и отражению бедствия!
— Он, точно, идёт к нам? Не путаете? — с надеждой спросил Хохотун.
— К сожалению. Наш маг выдал однозначный прогноз — вы в самом центре.
— Какая помощь ожидается со стороны военных?
— Уже помогли — предупредили, а дальше уж сами. Поймите… — оправдываясь, пояснил солдат. — Впервые за многие годы подобное может задеть столицу и всех оттягивают в её сторону. И хотя мы там особо не нужны, но кто посмеет заставить волноваться аристократов? Не только Школа Шутов — ещё три крупных населённых пункта остаются один на один с Гоном… Наш командир рвёт и мечет, но ослушаться приказа не может.
— Когда ждать?
— Утром. Извините, господин Замруд, нам пора — надо успеть оповестить всех, а ночью особо не разгонишься. Всё, что мог, рассказал.
— Спасибо, служивый.
— Не благодарите. Не за что. Самим на душе погано! — с внутренней злостью на самого себя ответил Розун и отдал своим подчинённым приказ на выдвижение.
— Пришла беда… Всего ничего жить осталось… — горестно вздохнул Филь.
— Посмотрим! Не раскисай! Видал я дни и похуже! — одёрнул Магистр охранника. — Срочно объявляй общий подъём и гони народ на площадь!