Догоревшим пепелищем Айсин пришло осознание, какую ошибку она совершила, ввязавшись в глупые магические игры. Это стоило ей отца. Айси медленно вздохнула, чтобы успокоиться, но не смогла и поднялась, бросив на Эль, как на зачинщицу всего, ненавидящий взгляд. На трясущихся ногах она вышла из кабинета директора, закусывая до крови губу, попыталась осилить еще один вдох, но лишь всхлипнула и беззвучно разрыдалась. Боль копошилась мерзкими червями где-то глубоко внутри, куда не достать ни пальцами, ни медицинскими инструментами. Утро ее дня рождения, проведенного с отцом, теперь казалось идеальным. Теплое воспоминание о его улыбке окрасилось плесенью настоящего, отчего Айсин заревела в голос. Чьи-то крепкие руки заключили ее в надежные объятия.
– Эй, эй, Айси, я понимаю, что ты чувствуешь, – прошептал Феликс. – Мы с Эль точно в такой же ситуации. Стой, погоди. Я лишь хотел сказать, что ты не одна. Мы справимся.
– Как? Я потеряла отца. Я… Он остался один. И я больше его никогда не увижу!
Фел растерянно взъерошил волосы.
– Последнее, что я слышал, выходя из кабинета, – Нарина считает, что можно попробовать установить контакт с нашими близкими при помощи магии. Мы все выясним. А если не получится узнать в Шамадоре… Айси, я обещаю, мы перевернем весь этот мир и найдем портал на Землю.
Айсин восхитилась серьезностью парня и кивнула, вняв словам друга. Вытерев слезы, она решила во что бы то ни стало связаться с отцом и объясниться, а после – вернуться. Она понимала, что ей здесь не место, но выжить и приспособиться придется ради достижения цели. Как раз в этот момент Эль вышла из кабинета директрисы вместе с аро Олриманом, который проводил их до самой столовой.
Вернувшись мыслями к настоящему, Айси поняла, что потеряла счет времени – тыквенный суп перед ней уже подернулся пленкой. Она подняла задумчивый взгляд: Фел блаженно развалился на стуле, а Эльвия без устали вертелась, разглядывая магов и интерьер столовой. На ее тарелке остались лишь крошки хлеба.
– Ты вообще есть не будешь? – осведомился Феликс. В его карих с искорками расплавленного золота глазах виднелось такое недоумение, будто Айсин только что надругалась над его верой.
– Я не голодна, – сухо отозвалась она.
– Тогда я доем? – Получив утвердительный ответ, Фел перетянул суп к себе и вооружился ложкой под смех Эль.
– Ты только что уверял, что объелся до смерти! – подловила она его.
– Ну не пропадать же такой вкуснятине!
– Такое впечатление, что ты живешь ради еды, – Эльвия не удержалась от очередного смешка, на что Феликс лишь кивнул с полным ртом.