Но как вырезать чужое сознание из своего? Обычный хирург с такой задачей не справится.
А мистический хирург, на которого Ник возлагал определенные надежды, временно отсутствовал в городе.
Ник сходил в музей истории кланов, но его род оказался недостаточно древним, чтобы оставить в нем свой след. А может быть, о его существовании не принято было вспоминать, хотя прямого запрета Ник не обнаружил.
Но много ли экспонатов в принципе может остаться после колебателя тверди, который давит всех своих врагов, превращая их в кашу?
Ник сходил в политехнический музей, тут уже просто из интереса, и завис в нем на целый день.
Он вообще частенько задумывался о том, что могла бы сотворить человеческая мысль и каких высот она могла бы достичь, если бы ее не сковывали ограничения Силы.
И тех, кто этими силами владел.
Ведь, по сути, значительная часть изобретений была направлена на то, чтобы повторить достижения аристократов, лордов и мастеров, но без использования магии, которой те владели. Чтобы Сила была доступна любому человеку, чтобы грамотный оператор мог встать вровень если не с наследником, то хотя бы с рядовым клановым бойцом.
Поскольку сами кланы были в этом, мягко говоря, не заинтересованы, они тормозили прогресс, как могли. То же огнестрельное оружие изобретали несколько раз на протяжении почти двух веков, и только когда аристократы поняли, что этого джинна в бутылке не удержать, они первыми бросились переоснащать свои армии.
А если уйти от этой вечной борьбы кланов, которая к двадцать первому веку переросла в противостояние империй, и если бы направить всю эту энергию в мирное русло, человечество к этому времени наверняка победило бы и болезни, и голод, и, быть может, уже замахнулось бы на исследование космоса, наконец-то выйдя за пределы орбиты…
Ник вспомнил один из разговоров с дедом, еще до того, как они оказались в России и встретили отца Ника.
— Говоря по правде, — сказал Ломтев. — Я не вижу хороших перспектив для вашего мира. Если брать в целом, то человечеству здесь придется очень хреново, и я не знаю, как эту ситуацию можно исправить в принципе.
— Почему? — спросил тогда Ник.
— История человечества — это история войн, — сказал Ломтев. — Считается, что по мере взросления цивилизации эта тенденция должна сойти на нет, но это брехня. С развитием цивилизации войны никуда не исчезают, напротив, они становятся более масштабными, жестокими и кровавыми. В моем мире в прошлом веке случилась война, которая унесла десятки миллионов жизней, и в той или иной степени затронула почти все континенты. И что ты думаешь, человечество сделало из этого какие-то выводы, типа никогда больше?