— Конечно, такая возможность приходила мне в голову. К сожалению, они послали королю Жэймсу определенные… документальные доказательства. Уверен, что в твоих файлах уже есть копии большей части этого, Жэспар.
— Что ты имеешь в виду? — Тонкая нотка осторожности прокралась в голос Клинтана, и губы Тринейра сжались.
— Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду! Они захватили файлы Грейвира, Жэспар! Оригиналы отчетов, которые он и его коллеги-инквизиторы отправили тебе, с подробным описанием роли, которую они сыграли. На самом деле, я был весьма удивлен тем, как открыто и честно Грейвир признался в своей переписке с тобой, что первый выстрел был произведен одним из делфиракцев, а не чарисийцами. Или тот факт, что, как только прозвучал первый выстрел, отобранные им шулериты немедленно взяли на себя командование отрядами, к которым они были приписаны, и приказали — приказали, Жэспар — устроить резню чарисийских женщин и детей! Боже мой, чувак! Этот идиот хвастался этим, и ты знал, что он это сделал, и ты никогда не предупреждал нас!
— Он не «хвастался» этим! — огрызнулся в ответ Клинтан.
— О, да, он это сделал! — возразил Тринейр. — Я уже прочитал отчеты, Жэспар. Он гордился тем, что сделал!
— Конечно, гордился! — глаза Клинтана вспыхнули презрением. — Они были еретиками, Замсин. Еретики, ты понимаешь? Они были врагами самого Бога, и они заслужили именно то, что получили!
— Некоторым из них было всего восемь лет, Жэспар! — впервые на памяти Клинтана кто-то перегнулся через стол и закричал на него. — Как, во имя Шан-вэй, ты собираешься убедить кого-нибудь с работающими мозгами, что восьмилетний ребенок был еретиком? Не сходи с ума!
— Они были детьми еретиков, — проскрежетал Клинтан. — Их родители были ответственны за то, что поставили их в такое положение, а не я! Если ты хочешь обвинить кого-то в их крови, обвиняй Кэйлеба и Стейнейра!
— Чарисийцы собираются опубликовать эти отчеты, Жэспар. Ты понимаешь, что это значит? Они собираются опубликовать документы, те самые слова, которыми Грейвир и его… его сообщники сами записали для протокола в точности то, в чем их обвиняли чарисийцы! — Тринейр впился взглядом в своего коллегу. — Не могу придумать более эффективной пропаганды, которую мы могли бы им преподнести, если бы попытались!
— А я говорю, пусть публикуют! — в ответ огрызнулся Клинтан. — Я уже добился признаний и от этих ублюдков, некоторых из них!
— О? — глаза Тринейра внезапно стали намного холоднее. — Может быть, это те признания, которые Рейно вымучил из заключенных-чарисийцев, которых ты тайно перевел в Зион, не сказав об этом нам остальным?