Захваченная врасплох необычным чувством, она положила голову Петру на плечо. Он наклонился к ней, и тогда она робко поцеловала его в уголок губ.
– Марго, что ты делаешь со мной? – прошептал он.
На мгновенье она замерла, но ответного поцелуя не последовало. Тогда она взяла Пикселя на руки, и, не попрощавшись, пошла с ним в номер. Сегодня почему-то никому не пришло в голову ее остановить.
* * *
Как только она закрыла за собой дверь номера, зазвонил телефон. Высветилась аватарка Костомарова. Ничего себе, у них же, в Москве, четыре утра! Марго схватила трубку.
– Привет! Не спишь? – спросил Игорь.
– Нет. Что-то случилось?
– Ничего. Прости, если напугал. Не могу заснуть, все думаю о тебе. Соскучился страшно.
– Да? – протянула Марго, не в силах скрыть удивление.
– Конечно. Хочу тебя видеть немедленно. Вот прямо завтра, все брошу, куплю билет и приеду.
– Ты не сможешь все бросить, – пробормотала Марго.
– Еще как смогу. Никто не посмеет помешать мне встретиться с любимой девушкой. Я уже сто раз пожалел, что отправил тебя так надолго. Можешь закончить раньше?
– Нет, вряд ли.
– Ты – маленькое чудовище, – сказал он нежно. – Скучаешь по мне?
– Ага.
– Расскажи что-нибудь. Как там Петька, не достает?
– Не знаю.
– Как это ты не знаешь? Он что, на работу не ходит?
– Ходит. Я его к Нахову определила, проверять Торговый дом.
Игорь помолчал.
– Ты какая-то грустная, – сказал он после паузы. – Не заболела?
– Да, кажется, простудилась. Вчера на водохранилище был ветер, – соврала Марго.
Игорь задал еще миллион вопросов, надавал советов, взял с нее обещание, что завтра она купит и заварит себе ромашку, и только после того, как Марго в сотый раз заверила, что у нее нет температуры, наконец завершил этот бесконечный разговор.
В голове у нее была каша, сердце ныло, а совесть рвала на части. Что она себе позволяет? Что это было, с Петром?! Разве не давала она себе обещания, что не допустит никаких отношений? Неужели это она, которая стыдила Лизу, сама только что пыталась соблазнить брата своего мужчины, за которого, откровенно говоря, подумывала выйти замуж?!
Она представила, как посмотрит на нее Эстер Петровна, если узнает о произошедшем, и ей сделалось нехорошо. Но этого ее совести оказалось мало, и в довершение она вообразила приезд Игоря. Как она посмотрит ему в глаза? Как она посмотрит в глаза Петру?!
Что она наделала?! Они же родные братья! Это ведь навсегда теперь. Когда Петр и Игорь помирятся, когда будут встречаться семьями, когда их дети будут играть вместе – этот поцелуй будет стоять между ними, будет жечь ее как клеймо каждый раз, каждый раз. Она уже никогда не сможет себя уважать…