Мур, цирюльник, functus officio[70], сидел в холле, сложив в карман свои бритвы, и ожидал вознаграждения, а тем временем с удовольствием принюхивался к стакану, из которого только что пил виски за здоровье и долголетие хозяина – да благословит его Господь – и всего семейства.
В коридоре мистера Лоу встретил доктор Тул, в ожидаемом акте страшного признания взявший на себя роль распорядителя; он с поклоном повел судью наверх, шепотом знакомя его с обстановкой; Диллона Тул упомянул с извинениями как личность непрезентабельную. Тул решил по возможности оттеснить его на второй план.
Доктора Диллона, веселого после удачно выполненной работы, мистер Лоу встретил в верхнем коридоре. Надо сказать, что у этого джентльмена начисто отсутствовала деликатность по отношению к коллегам и он не стеснялся поносить на чем свет стоит своих отсутствующих собратьев по скальпелю и пинцету, когда обнаруживал их ошибки и промахи.
– Ваш слуга, сэр, – сказал он, потирая свои большие красные руки и улыбаясь влажными губами. – Вы видите, что я сделал. Доктор Пелл – не хирург, не лучше этого… – он собрался сказать «Тула», но вовремя сменил предмет сравнения, – этого подсвечника! Подумать только, что Пеллу ни разу не пришло в голову взглянуть на затылок больного, а ведь его нашли лежащим на спине… хорошо, что мистер Дейнджерфилд наткнулся на меня… хотя скажу… почему бы мне этого не сказать… сдавливание мозга, участок размером в шиллинг на затылке… кусочек кости, знаете, над мозжечком… с помощью трепанации я освободил мозг.
– А обратился к вам мистер Дейнджерфилд? – спросил Лоу, которого с каждым часом все больше восхищал этот деловитый цинический персонаж.
– Да, это он… ей-богу. Он обещал мне пять сотен гиней, если больной заговорит. Что не по уму этим надутым ослам, то сплошь и рядом доступно людям сообразительным. Уф! Он прослышал о беспутном малом, у которого в черепной коробке кое-что имеется, пришел ко мне… и я сделал дело… Черный Диллон сделал… – ха-ха! – не в пример всем этим. Уф!
Доктор Диллон знал, что коллеги смотрят на него свысока, и, поскольку все были против него, выступал один против всех.
Стерк полусидел, откинувшись на подушки; он узнал Лоу и при встрече проявил признаки радости. Он выглядел очень бледным и осунувшимся, говорил тихо.
– Возьмите перо и чернила, – распорядился он.
И то и другое вместе с бумагой было готово.
– Без вас он не хотел говорить, – прошептал Тул; он казался взбудораженным, чувствовал себя неловко и был рад случаю прервать молчание.
– Не разрешайте ему говорить слишком долго. Пяти минут довольно, – сказал доктор Диллон. – Дайте ему еще ложку вина… И где мистер Дейнджерфилд?