Ведь неизвестно, какая тут будет власть, когда мы уйдем. Так пусть хоть сейчас досыта наедятся.
Ну как, товарищ Коноваленко, остаетесь? Не боитесь? Наши бойцы вас через день навещать будут, чтобы в случае чего помочь.
– Товарищ майор, – Коноваленко даже задохнулся от неожиданной радости, – так ведь это счастье – хозяйством опять заняться. Как мне опротивел этот инструмент за четыре года (он с отвращением взглянул на свой автомат), что и сказать не могу. Но понимаю, что пока с ним расставаться тоже нельзя.
Товарищ майор, лучше бы было, если бы вы дали сюда в мое распоряжение одну полуторку. Мне бы и продукты было способнее доставлять, и я был бы не совсем один. Как вы?
Алешкин переглянулся с Захаровым.
– А что, товарищ Коноваленко дельно говорит. Как только вернемся в Варен, сейчас же пришлю вам машину.
– Курт, – обратился Борис к немцу, стоявшему рядом и, хотя внимательно слушавшим весь предыдущий разговор, но, очевидно, не все понявшим, – Курт, вот товарищ Коноваленко будет здесь управляющим, а хозяином этого поместья буду я, понятно?
Немец кивнул головой.
– Гут, гер майор, – уже почти подобострастно сказал он.
Как потом выяснилось, через Коноваленко в своем сознании Курт уже определил, что майор Алешкин по праву завоевателя захватил это поместье для себя, и что теперь перед ним нужно раболепствовать так же, как перед прежним хозяином.
К слову сказать, это хозяйство обеспечивало госпиталь не только молоком и мясом, выяснилось, что в Варене имеется маленькая колбасная фабрика и сыроваренный заводик, хозяева их сбежали, но работу эти предприятия прекратили из-за отсутствия сырья.
Захаров договорился с ними, что сырье будут доставлять, но зато не менее 75
% продукции, изготавливаемой из него, будет бесплатно передаваться в распоряжение госпиталя.
Таким же образом Алешкин принял винокуренный завод, находившийся в 5 километрах от Варена, в котором помимо спирта оказался большой запас картофеля. Около вокзала станции Варен находился большой склад, заполненный мукой. Бургомистр разрешил брать муки столько, сколько потребуется. В городе работала булочная, кондитерская, госпиталь загрузил их полностью.
К указанному сроку 27-й госпиталь к приему отдыхающих был готов. О чем Алешкин и доложил соответствующим рапортом. На следующий день начали прибывать отдыхающие генералы. Большинство из них поражались и искренне радовались тому комфорту в размещении, в котором они очутились, и неуклонно выполняли все правила поведения, которые Алешкин и Павловский заранее составили и повесили в каждой вилле. Всех вполне устраивало и питание.