– Кого убить-то?
– А я знаю? Обезьяну! Мерзкую, подлую, вероломную обезьяну! Теля, он поднял не меня руку! Вернее, не руку! Неважно! Теля, почему ты еще здесь?
– Дорогая, а где эта обезьяна?
– А я знаю?! Кто из нас мужчина, в конце концов? Найди! Теля, твою жену избили, твою жену чуть не убили, почему ты сидишь?
– Прежде чем заняться поисками, надо получить информацию. Нападавший еще что-нибудь говорил?
– Какую-то чушь про брата.
– Ростом тебе примерно по плечо, шерсть светло-коричневая, морда живая, подвижная, с бакенбардами, в руках вертит железную палку, представился Психом. Так?
– Так. Теля… Теля! Теля, ты что – его знаешь? Теля, твой круг знакомств…
– Все-таки явился, придурок. Лапочка, сиди здесь, ничего не бойся, никому не открывай, даже знакомым. Я схожу его наизнанку выверну и вернусь.
Глава восемьдесят седьмая. Окунево, Тюмень
(в которой старые друзья все-таки встретились)
дер. Окунево
Муромцевский сектор
Омской локации.
56°24′ с. ш. 75°39′ в. д.
Псих ждал Князя, сидя на деревенской завалинке напротив входа в замок владельца Окунево. Стальной посох с золотыми кольцами лежал у него на коленях, и он перебирал по нему пальцами, словно играл на пианино.
Князь подошел, не здороваясь, сел рядом и тоже водрузил на колени свою железную палицу.
Пару минут они сидели молча, только Псих продолжал «играть», а быкоголовый был неподвижен, как статуя египетского Аписа.
– Ты зачем убогую-то ударил? – наконец нарушил молчание Князь.
Псих пожал плечами.
– Для гарантии. Чтобы она тебе про меня точно доложила. А ты точно ко мне вышел. Я же тебя знаю. Ты ленивый.
Князь неопределенно хмыкнул и вновь воцарилось молчание. Наконец, бычара не выдержал и сказал с досадой:
– Каким ты был, дурачина, таким ты и остался. Вот почему ты все через задницу делаешь?
– Это ты про пинок по афедрону? – невинным тоном спросил он.
– Да! Нет! Не только! – путаясь в показаниях, запальчиво крикнул Князь. – Думаешь, я не понимаю, что ты специально меня заводишь, чтобы я из себя вышел? Хан, окстись! Четыреста лет прошло! И я-то давно уже не тот, а о тебе и речи нет!
Псих вновь неопределенно пожал плечами и промолчал. Но бык в ответе и не нуждался, и, не обращая внимания на безразличное молчание собеседника, продолжил свой обличающий спич.
– Вот зачем ты вообще приперся?
– Веер попросить, – тут же ответил Псих.
– У те… – начал было Князь и осекся. – В смысле – веер попросить?
– Ну, Железный Веер, который у твоей старой жены – спокойно пояснил Псих. – У нас в компании есть один дохлый монах четвертого уровня, его по-другому через ваши огненные земли никак не перевести.