Ганга кивнула и пошла к двери. Они вышли на арену, посыпанную желтым речным песком. В своем красном секторе стояла также одетая в красную шелковую тунику ее соперница. Они не имели оружия, и свой мультитул Ганга оставила с вещами. Как объяснили ей девушки, сражаться можно руками, ногами, зубами и магией, но не оружием. Бой длится до смерти, или пока одна из сторон не попросит пощады. Вот и все правила.
Над ареной разнесся громкий голос распорядителя арены. Им оказался старик, который возвестил о начале великого боя столетия за честь двух кланов Обе трибуны были заполнены до отказа. Ганга мельком глянула на трибуны и опустила взгляд на соперницу. Та не смотрела по сторонам, она показывала клыки и прожигала соперницу колючим взглядом.
Старик назвал участников поединка:
– За клан Крови в защиту чести клана выступает леди Риштела. У нее сто пятнадцать боев и ни одного поражения…
Трибуны взорвались криками.
– За клан Теней выступает орчанка Ганга. Первый бой, нет побед, нет поражений. Поприветствуем участниц боя! – И трибуны арены вновь взорвались громкими криками и свистом. Это освистывали Гангу.
– Я возвещаю о начале боя, – произнес старик, когда крики смолкли. – На счет три бой может начинаться. Раз… Два… Три!
Вампирша стремительно направилась к Ганге. Та тоже сделала пару шагов и вдруг исчезла, и через мгновение очутилась за спиной вампирши. Она запрыгнула той за спину, обхватила ее ногами и стала щекотать ребра и подмышки. Риштела взвизгнула и закружилась на месте. На трибунах установилась недоуменная тишина. Никто не понимал, что происходит. А Риштела визжала, смеялась, почти рыдала и отчаянно пыталась скинуть Гангу со спины. Но у нее не получалось. Она вырастила когти и, взмахнув рукой, опустила ее на голову орчанки, но той уже там не было. Она стояла перед соперницей и саданула ее ногой в живот. Не ожидавшая такого подлого удара от орчанки, вампирша согнулась, села на попу, но тут же превратилась в огромную летучую мышь. Взмыла в воздух. Сделала круг и, взмахнув крыльями, выстрелила темными молниями в орчанку. Ее щит сверкнул вспышкой, и Ганга исчезла. Мышь закружила над ареной в поисках врага, но в нее тут же из разных мест из воздуха полетели ледяные иглы. Они били в живот мыши, и та, не защищенная магией, старалась увернуться, но все равно иглы раз за разом поражали ее брюхо, и тогда мышь громко закричала. Ее крики потрясали красные трибуны, там было тихо. Мышь не выдержала, сложила крылья и камнем упала на песок. Из него стал подниматься песчаный вихрь, и он окружил поднявшуюся Риштелу. Та была уже без своего платья, полностью обнаженной и окровавленной. Струи крови текли по ее животу и груди, рваные раны были страшны, но не смертельны. Они быстро зарастали. Сквозь вихри песка можно было увидеть маску озлобленности и боли на ее лице. Она стояла и озиралась. Соперницы нигде не было видно, и вдруг рядом с ней стал подниматься еще один вихрь. Он закружил песок и, усиливаясь, направился к вампирше. Та, думая, что в нем Ганга, бросилась навстречу ему и прогадала. Новый вихрь столкнулся с ее вихрем и закрутил вампиршу, обдирая кожу. Она не могла совладать со стихией и попыталась развеять созданное ею заклинание, но сильное вращение все время сбивало каст заклинания. Наконец вампирша разгневалась не на шутку. Она применила, на взгляд Ганги, нечто убойное и взрывное. Вихрь разметало, и Риштела, окровавленная, почти без своих прекрасных волос (от головы поднимался дымок), расставив руки, осталась стоять, оглядывая безумным взглядом арену. Но Ганга была уже за ее спиной. Не выходя из скрыта, она вновь запрыгнула ей за спину и опять стала щекотать. Соперница завизжала, заохала, стала истерично хохотать и кричать: