Ее лицо возникло на лобовом стекле, глаза вытаращены, прокричала в панике:
- Уже выезжаю!… Эксперты сейчас будут! Зачем ты их всех убил?
- Я никого не убивал, - огрызнулся я.
- А как?
- Ты не поверишь, - крикнул я, - но они зачем-то друг друга перебили!
- Снова? - охнула она. - Ты как чума в средневековой Европе!… Я перехвачу тебя на дороге.
- Не нужно, - сказал я, - там может быть опасно. Люди теперь такие злые… Пошли Синенко, его не жалко. Он за «Формику» болеет…
Она что-то еще выкрикивала, но я слышал плохо, в голове шумит, и надо крутить руль на скорости, я же гоню, нарушая все законы, но как назло, никто из полиции не пытается остановить, вообще как будто ее нет, вот так Всегда-
Впереди уже показались небоскребы Люберец, как в трех сотнях метров опустился на обочину вертолет, Мариэтта выскочила почти на ходу, пистолет в руке, а с другой стороны выпрыгнули двое омоновцев в броне и с автоматами.
Я остановил машину, опустил стекло.
- Мариэтта!… Классное платье!… Сама выбирала?
Она заглянула, охнула:
- И тут трупы!… Да что ты за зверь?
Омоновцы взяли меня на прицел, я сказал быстро:
- Ребята, я в белой шляпе! Это они в черных. Правда, шофер вообще был без шляпы.
Она крикнула зло и обвиняюще:
- Опять друг друга перебили? А ты стоял в сторонке?
- Лежал, - уточнил я, - и голову закрывал, как нас учили вести себя при ядерном взрыве. Конечно, я даже не видел, как и кого. Я же трус, жмурился и молился, чтобы это был только гадкий сон.
Омоновцы переглянулись, на лицах предельное презрение к человеку, который не стыдится говорить такое женщине.
- А кто их? - спросила она.
- Те двое остались на сорок втором километре, - напомнил я. - Откуда я тебе сообщил. Если твои уже там, пусть скажут, нужна ли им помощь.
Она увидела, что я вот-вот тронусь с места, торопливо перебежала на другую сторону и протянула руку, намереваясь открыть дверцу.
- Я с тобой.
- Там занято, - предупредил я. - Ребята, не пускайте ее.
Омоновцы не сдвинулись с места, а Мариэтта рывком сдернула труп водителя с сиденья, он вывалился на землю, а сама быстро опустилась на его место.
Омоновцы молча вытащили с заднего сиденья тело Василя Макарыча и положили в красивой позе на траве.
Мариэтта кивнула.
- Все, гони!…
Я ткнул в экран, автомобиль быстро набрал скорость и понесся к выходу из-под зеленой крыши.
- Ты быстрая, - похвалил я. - Темперамент!… Это я оценил…
Она спросила зло:
- Во что вляпался снова?.
- Почему сразу вляпался? - спросил я обидчиво. - Я на работе. Важной и ответственной.
- Какой?
- Пиццу развожу, - сообщил я. - Был бы вертолет, как вон у тебя, зарабатывал бы больше.