Ребята из общефедеральной конторы особо не заморачиваться не стали и разродились всего лишь одним названием. Практически эталонным – «Минералка». Как говорится, дешево и сердито. И, к тому же, выгодно: не надо каждый раз мозги напрягать, выдумывая для каждой планеты свой дизайн этикеток – меняй только номер и запускай в производство, а народ как-нибудь сам разберется, откуда бутылка и что там в ней плещется.
В общем, все остались довольны. У нас на Москонии производили Минералку-77 и 50, на Петромурмане – 78, 47 и 51, на Уралии – 59, 66 и 74, на Уренгуте – 72, на Сахарилах – 65, ну и так далее. Хотя, не обошлось без казусов. На тех же Закусале и Харькодессе решили вместо номеров использовать буквы – ОЯ, ХА, ХО, КХ, ЯН, ЯТ, обязательно добавляя в конце аббревиатуру латиницей – UA. Зачем, непонятно. Видимо, просто, чтоб повыпендриваться, типа, у вас своя свадьба, то есть водичка, а у нас – своя. Короче, запутали всё окончательно. Да так, что лично я так до сих пор и не разобрался, что обозначают все эти номера и буквы, что символизируют, что там изначально предполагалось и что получилось в итоге. Впрочем, бог с ними, поинтересуюсь как-нибудь у жены – думаю, она уже давно догадалась, откуда ноги растут. Но, в любом случае, продукцию под маркой «Оборжоми» я в ближайшие годы употреблять не стану – нафиг левак, здоровье дороже. Обойдемся, на крайняк, местным «Накирякисом», благо он, в смысле, водно-минеральный раствор, на «планшете» присутствует. И тоже под номером – увы, дурной пример заразителен.
Глава 34. Старый знакомый
– Возьму-ка я, пожалуй, «Накирякис», – резюмировал я, пробежавшись по строчкам меню. – Тринадцатый номер.
– Почему тринадцатый? – удивилась Жанна.
– А чтоб на счастье. К тому же тут пишут, что он, м-м, «из чистейших родников Агиос Николаос».
– Ну-ну, – язвительно усмехнулась супруга. – А ты знаешь, Андрюша, что они там в день по сорок тыщ кубов бутилируют? Что ж это, выходит, за источники такие неисчерпаемые? А? Как считаешь?
– Хм. Никогда об этом не думал.
– Зря. Здесь всё как везде. Обычная фильтрованная вода из крана, только в бутылках.
– Понял, – вздохнул я. – Но другой-то нет.
– Это точно. Нет, – вздохнула в ответ жена и, немного подумав, добавила. – Ладно. Я тоже воду возьму, она дешевле сока, хотя… Нет, не буду брать. Мы лучше одну на двоих бутылку возьмем. Там целый литр и два секто, а сок – ноль три и по три с половиной.
Я мысленно улыбнулся: «Хозяйственная мне половинка досталась. Экономная. Впрочем, люблю я ее совсем не за это».
– Ну, что стоим? Идем уже, – потянула она меня за рукав. Точнее, не за рукав – за руку, рукав у моей рубахи короткий.