Зная Тернера, можно было предположить, что тот не остановится ни перед чем. Только и Эдмунд уже не ребенок, а взрослый мужчина, вполне способный и за себя постоять, и жену защитить.
– Подите прочь, Тернер! Одно ваше присутствие здесь мне уже доставило немало неприятных минут.
– Ай-ай-ай! Да я всего лишь поинтересовался твоим благосостоянием.
– Оно могло бы значительно улучшиться, если бы мы никогда больше не встречались.
– Равно как и мое. Но вот мы оба здесь. И ни один из нас не сдастся, пока другой не уступит.
– Беллами, не поделитесь ли с нами своими дивными индийскими сигарами? – раздался глубокий гортанный голос лорда Везервакса. – Попробуйте и вы, Киркпатрик.
Эдмунд ответил беспечной улыбкой.
– Никогда не знаешь, что придется по вкусу. Так ведь, Везервакс?
Он подождал, пока почтенный джентльмен допьет свой портвейн, повернулся и принял из рук Тернера сигару, уже зажженную.
По комнате поплыли клубы едкого дыма, и Эдмунд процедил:
– Пахнет конюшней. Не слишком тонкий запах для хорошей импортной сигары.
Тернер взял бокал с портвейном и ухмыльнулся. На лице его опять была маска дипломата, уверенного в себе и не терпящего отказа, неизменно выручавшая его во время переговоров с отцом Эдмунда и примирений после ссор с его матерью.
– Меня так забавляет, – проговорил Тернер со своим акцентом, – что высокоуважаемые лорды готовы курить отвратительные сигары только потому, что они привезены из другой части света.
– Нет ничего зазорного в желании попробовать что-то новое. – Эдмунд вспомнил, как они с Джейн обсуждали возможность путешествий. – Оно лишь говорит о широте кругозора.
– Скорее о человеческой глупости и готовности верить во всякие небылицы. Но ты никогда не отличался особой проницательностью.
– Может, скажете что-то такое, чего я от вас еще не слышал?
Эдмунд жестом подозвал лакея и отдал ему отвратительную сигару, а когда обернулся, наткнулся на внимательный и, несмотря ни на что, уважительный взгляд Тернера.
– Что-то хотите добавить?
– Ты мог бросить сигару в мой портвейн, но не сделал этого.
– Это было бы несправедливо по отношению к портвейну и привлекло бы нежелательное внимание к нашему диалогу.
Тернер медленно покачал головой.
– Невозможный мальчишка!
– Я давно не мальчишка, – вздохнул Эдмунд. – Тернер, если вы продолжите обманывать свет насчет жизни в Индии, то вас очень скоро разоблачат. Не все здесь так легковерны и неискушенны в путешествиях, хоть я и не думаю, что этого стоит стыдиться.
– До сих пор никто ничего не заподозрил. Люди склонны верить всему. Как, по-твоему, мне удалось убедить бестолковую матушку твоей жены пригласить меня на свадьбу? Я представился одним из давнишних друзей твоего отца…