Я обхватила его своим ртом, вбирая так глубоко, как только могла, моя рука обернута вокруг ствола. Я качнула головой раз, потом второй, двигая шеей и покручивая языком, желая попробовать каждый его миллиметр. Он был идеальным для моего рта, его головка оказалась прямо напротив моих губ, когда я подняла голову и захныкала от чистой, неразбавленной похоти. Я делала минеты раньше, но это было больше обязанностью. Я должна была доставить какому–нибудь парню острые ощущения, несколько минут удовольствия взамен на то, что он скажет, какая я красивая. Типичная сделка между сексуально активными подростками по всей Америке.
Но я никогда не сосала член. Так охотно. Непристойно. Мокро. Как голодная шлюха, питающая саму душу через кончик мужского естества моего любовника.
Он хмыкнул и удобнее устроился на диване, откинувшись назад, чтобы его обслужили. Этим я была в этот момент. Кем–то, чем–то, кто доставит этому пульсирующему члену удовольствие. Ничего больше, ничего меньше.
Он нагнулся и убрал волосы с моего лица за ухо, чтобы наблюдать за тем, что я делаю.
Я почувствовала, как мое лицо покраснело от стыда, зная, что он будет смотреть на меня, маленькую девочку, которая выросла на его глазах, каждый выпускной которой он посещал, несколько концертов там и сям, дни рождения и игры, а сейчас он смотрел, как я пускаю слюни по всему его члену, как будто у меня жар. По его огромному члену.
– Понятия не имел, что ты такая покорная. Тебе очень нравится сосать мой член, не так ли, Жозефина?
Его слова ударили меня как электрошоком, заставляя меня извиваться под его взглядом.
Я попробовала кивнуть и издать звук, напоминающий «да», не выпуская его безмерно напрягшийся член изо рта.
Он усмехнулся.
– Такая хорошая девочка.
Если он скажет это снова, я кончу. Без сомнений. Каждый раз, когда он звал меня хорошей девочкой, это чувствовалось, как будто он входит в меня. И я удвоила попытки удовлетворить его.
Я остановилась на секунду.
– Папочка? Я хорошо это делаю?
Он застонал. Это был ответ.
Я сосала, стонала и лизала, и хныкала, воспевая его длину и ширину. Краем глаза я видела, что он отодвинул куда–то книгу и положил руки за голову. Полностью расслабленный. Только эта была видимость. Он потянулся на конец стола за ним и взял телефон, пролистывая почту, не обращая на меня внимания.
В то время как я должна была быть подавлена его равнодушием к отчаянному способу, которым я любила его член своим ртом, все произошло наоборот. Я была окутана сексуальным пламенем. Он меня игнорировал. Он проснулся и ему нужно было просмотреть тексты, емейлы, может быть, портфолио. Кто знает? Все, что я знала, это его член, и то, что я должна доставить ему удовольствие. Сосать, бороться, чтобы продвинуть каждый сантиметр в горло, и моя единственная награда – это случайный вздох удовольствия Джона.