– Видишь, это просто. Ты не хочешь, но твоя рука, ведомая кем-то другим, все равно причиняет страдание, – медленно говорит Америго, глядя на меня.
Тео сделал меня дознавателем против моей воли. Я отказывался, как мог. Но отец пригрозил, что, если я не соглашусь, он приравняет меня к бунтовщикам. Это вынудило меня согласиться с назначением.
– Прекрати это, прошу тебя, – просит моего брата Айлин, глядя ему в лицо. – Пожалуйста…
– Ты знаешь его всего стуки и уже успела полюбить? – прищурившись, спрашивает Америго. – Зотикус, ты влил ей какой-то волшебный отвар в чашку с чаем?
– Дело не в любви, – твердо говорит Айлин. – Никто, ни одно существо не заслуживает таких издевательств! Это мерзко и отвратительно!
Америго смотрит на нее с любопытством. Он касается пальцами ее щеки. Она не отстраняется, а выжидающе смотрит на него.
– Тадеуш! – зовет мой брат. – Пора!
На складе появляется огромный толстяк в черном пальто. У него густая борода и забавная шляпа. Передвигается он с трудом, напоминая хорошо откормленную утку. В его руке я вижу клеймо с раскаленной докрасна буквой «А».
– Ты не сделаешь этого, – шепчу я. На крик нет сил. – Это слишком даже для тебя, Америго.
Перевожу взгляд на Айлин. Она, поняв, что ее ждет, бледнеет и делает шаг назад.
– Меня обижают твои сомнения в том, что я на это способен. Ты ведь уверен, что твой брат – чудовище. А они совершают неприглядные поступки, – забирая из рук Тадеуша орудие пытки, говорит Америго. Оглядывает Айлин с головы до ног. Свободной рукой убирает волосы от ее лица. – Жалко портить такую красоту…
– Это наши разборки, не втягивай ее, – прошу я. – Она не причем.
– Чувствовать боль, которую причиняют тебе, это одно. С ней можно смириться. Но когда это касается того, кто тебе дорог… Это в сотни раз больней, – оборачиваясь ко мне, говорит Америго. Брат уже все решил и переубедить его будет невозможно. Он уже переключил свое внимание на Айлин. – Снимай блузку.
Оглушенная происходящим, моя подопечная выглядит затравленным зверьком. Но подчиняется требованию Америго. Стягивает с плеч блузку, бросает ее на пол и прижимает руки к груди. Брат смотрит ей в глаза и произносит несколько фраз на непонятном для меня языке. Она обмякает, руки опускаются.
От её пупка к груди тянутся два уродливых шрама. Кто с ней это сделал? Что произошло с этой девчонкой? Америго поспешно отводит взгляд и делает Тадеушу знак держать ее. Тот заграбастывает хрупкую фигурку Айлин обеими ручищами. Она вяло пытается вырваться, но все ее действия заторможены, словно во сне.