— Ладно, почему Семицветы? Зачем? Ведь на задания ты почти не ходила! С такой то магией. Могла и озолотиться, выполняя сложные поручения.
— М-м-м, озолотиться не могла, — качнула головой девушка, — Вернее, теоретически да, но на практике — нет. Лимит используемой энергии жестко нормировался. И вот почему: моей целью был, так скажем, сбор ваших положительных эмоций. А такая разношерстная и в то же время дружная, не похожая ни на что компания просто золотой рудник семейки Голден. На вас уходили основные силы. Короче, если говорить образно, я — лукошко, ваши чувства — ягодки. И этими ягодками надо было накормить Шиара до смерти.
— Поэтому и находилась почти все время в гильдии, — догадался парень, — чтобы урожай был максимальным.
— Умница, — просияла она, — и, предупреждая вытекающий из этого вопрос: мне подходила не какая-нибудь компания. Выкачка эмоций без последствий для доноров дело долгое и весьма кропотливое. Настроить долгоиграющие магические связи, да так, чтобы никто ничего не почувствовал, поддерживать их… Задания — это всего лишь для отвода глаз. Ну и для сканирования обстановки.
— Почему не накормили до тебя? Ваша организация ведь не один день существует.
— Не один, — согласилась Лера, — но Шиар очень прожорлив, и не все выживают при встрече с ним. Быстрее он успевает убить. Но мне повезло, ты его замечательно отвлек, позволив подобраться близко. А мой страх за твою неразумную тушку затормозил его на те секунды, которые были необходимы для настройки обменного заклятья.
— Ты боялась за меня? — под сердцем защекотало легкое перышко. Приятно так.
— И прибить хотела. Алекс, миленький, ну о чем ты думал, когда полез на него с голой, прости, попой? Видно Шиара очень удивила эта отчаянная храбрость, раз он не раскатал тебя в ту же секунду по брусчатке, а решил посмотреть, что же это за такой отчаянный самоубийца, — в ее словах не было ни капли иронии. Только мягкий упрек.
— Он спиной стоял!
— Шиар не смотрит глазами. Запомни. Он чувствует. Его привлекают все темные эмоции. Страх, ярость, обида, ненависть и прочее… Понимаешь?
— Да. Я так хотел его убить, когда крался между рухнувших стен, — задумчиво проговорил он.
Первая бутылка отдал свой долг, и была отставлена в сторону. Алекс взялся за вторую.
— А маска? Из-за меня?
— Не только, — глаза девушки ярко блестели, а неуверенные движения выдавали хмельное состояние, — Лукошко, оно… просто лукошко. Безликое. Предмет интер… интерьера. Что бы никто не захотел вдруг… оберегать или не дай Боги взять себе домой. Сломалось? Сделают новое, а старое выкинут.