Мы смотрели друг на друга, заново знакомясь. Но я не чувствовала агрессии, как, впрочем, и какой-то особой связи. Райан в обличье кархана был… обычным. Не пугал настолько, чтобы путаться в мыслях.
Я сделала несколько шагов по направлению к зверю. Тот оставался на месте еще несколько секунд, а потом, не сводя с меня взгляда, лег на землю, всем видом выражая дружелюбие. Осмелев, я села рядом, стащила замшевую перчатку и положила руку меж ушей зверя.
— Ты понимаешь меня в этом обличье? — спросила, чувствуя себя необразованной дурочкой.
Сколько раз я собиралась прочесть о карханах больше?
Райан кивнул, прикрыв глаза. Я осмелела и погладила мягкую теплую шерсть.
— Потрясающе. Мне нельзя видеть само обращение, да?
Он медленно покачал головой.
Я догадывалась, что момент обращения для кархана — что-то очень интимное. Что не покажешь посторонним, даже если этот посторонний — твоя любовница. Хотя в полном смысле слова мы с Райаном любовниками не были.
Кархан поднялся и смешно, как собака, отряхнулся от снега. Взметнулась белоснежная пыль, я спрятала лицо в капюшоне и фыркнула — меня всю окатило снегом. Зверь вдруг решил, что это весело и боднул меня головой, отчего я свалилась в сугроб.
Что ж… пожалуй, весело, и особенно забавно Райан удивленно поджал хвост, когда получил снежком прямо по морде. Я рванула в сторону дома, поняв, что сейчас меня будут есть. Но скорость карханов просто поражала, зверь настиг меня меньше чем за секунду и мы дружно полетели в снег.
Над ухом раздалось рычание, но я почему-то совсем не испугалась. Теплый и сильный оборотень вдруг показался надежным и даже каким-то родным. Он совсем не ассоциировался с пугающим Райаном Торном.
— Райан, — раздалось сверху.
Я с трудом узнала голос Кендара.
— Осторожнее с ней, она человечка, в отличие от Айлы.
Честно признаться, я ждала, что он пошел Кендара очень далеко на своем карханьем. Но Райан отступил и позволил мне подняться.
— Он зануда, — сказала я. — Это весело.
Зверь склонил голову в знак согласия и на том мы порешили.
Что ни говори, а северные морозы были суровы и коварны. Я пробыла на улице не больше получаса, но замерзла так, что с трудом чувствовала ноги. Райан в конце концов уже носом начал подталкивать меня к дому и, лишь когда убедился, что я вошла, унесся куда-то на задний двор. Забота приятно удивила и даже немного согрела.
В холле меня встретил мрачный и как всегда недовольный Кендар. Мужчина стоял, прислонившись к косяку и сложив руки на груди. Поджатые губы свидетельствовали о крайней степени недовольства.