— Лилиана, все в порядке? Мне показалось, вы с Кендаром не ладите. Он тебя обидел?
— Мы просто разные, Дрейк. Это случается, чаще, чем кажется.
— Кендар никогда не был простым, — вздохнул он. — Надеюсь, рано или поздно и у него появится по-настоящему близкий человек.
Меня поражала выверенность образа Дрейка. Он был главой стаи, справедливым и строгим, но бесконечно преданным братьям. Он хотел счастья для каждого, кто жил в поместье. Никогда не срывался. Всегда дружелюбно и с искренней заботой слушал. Уважал чужое мнение. Считался с чужими желаниями.
Вот только сколько из всего этого действительно было свойственно Дрейку? От Кендара, Джессена, Райана и Динара исходила настоящая энергия. Порой она выворачивала душу наизнанку, пугала или возбуждала — но она была настоящая. А вот Дрейк… каждое его слово, каждое движение было выверено.
— Ты боишься нас? — вдруг спросил он.
— Нет. — Я ответила совершенно честно, но вдруг почувствовала, что… сейчас что-то изменится. Сейчас Дрейк скажет нечто такое, после чего жизнь не будет прежней.
— Я страшился этого момента. Когда ты увидишь в нас зверей. Люди боятся карханов. Очень немногие могут полюбить. А проклятье сделало стаю Торнов изгоями.
— Что за проклятье?
— Давние распри с другими стаями, — отмахнулся Дрейк. — Карханы часто живут в состоянии войны, это наша сущность и жизнь. Мы были измотаны многолетними конфликтами в борьбе за власть. Мой дед приложил немало усилий, дабы прекратить этот кровавый кошмар. Но не все стаи чтили честь. Стая Лармаро нанесла удар в спину и нам пришлось уехать в Кандегорию. Но проклятье уже начало действовать. Наше поколение должно было стать последним, пока не появилась ты.
Он ласково убрал с моего лица выбившуюся из прически кудряшку.
— Ты приехала, и в нашем доме снова появилась надежда.
Он поднял руку, когда я открыла было рот, чтобы возразить.
— Я не давлю и не требую, Лилиана. Даже за эти мгновения надежды я тебе очень сильно благодарен.
— Пообещай мне, — голос вдруг стал хриплым, — что если я откажусь… в какой бы момент это не случилось, вы остановитесь.
Его четко очерченных губ коснулась легкая улыбка.
— Это даже не обсуждается. Я обещал выполнять любые твои капризы. Ты действительно готова? У нас впереди целая жизнь. Что до желаний Райана… не чувствуй себя обязанной. Я смогу его уговорить.
Я молча смотрела в темные глаза кархана, силясь найти слова, описывающие мое состояние.
Из курса истории вдруг вспомнился занятный эпизод: преступников, уличенных в измене государству, заставляли самостоятельно подписывать себе приговор. Наверное, они чувствовали нечто похожее, собственной рукой обрывая свой шанс на жизнь.