Януш обогнул стол, обнял мать и затараторил:
— Я таэра, сестрёнка вдох, таэра плох, маме плох.
Ага… В принципе, расшифровке поддаётся. Когда матери стало плохо, Януш взял деньги и купил лечебную таэру. Жизнь девочке удалось спасти, роды прошли нормально, но таэра оказалась низкого качества, и женщина была, фактически, отравлена.
— Любая лечебная таэра меня убьёт раньше, чем вылечит, — грустно пояснила женщина. — Все деньги уходят на поддерживающие отвары из трав, которые обычно идут для создания таэр. Это… очень дорого. Я не раз просила Яни подумать о сестрёнке.
— Нет! — вскинулся мальчишка, и я впервые увидела радужного чудика непримиримым и очень злым. — Будет чистая таэра. Чистая таэра — хорошо для тебя.
Женщина поникла.
Я не стала ничего обещать, но подумала, что у меня, как ни у кого другого, есть шанс создать самую чистую таэру из возможных. Мы переглянулись с Янушем и друг друга поняли. Я дала молчаливое обещание помочь.
Януш забубнил что-то успокаивающее, а я решила сменить тему. Семье же нужны деньги, правильно? Лишняя купюра лишней не будет.
— Госпожа, — заговорила я. — Я попала в затруднительную ситуацию. Мне негде жить. Вы не откажетесь сдать мне уголок?
Женщина вздрогнула.
— Госпожа Мель, что вы такое говорите?! Видно же, что вы госпожа благородная, из самой столицы, наверное. Как же вы можете жить здесь? — она рукой обвела убогую халупу.
Я рассмеялась:
— Из какой столицы, госпожа? Я последние ночи в телеге на Шумихе ночевала, но разве можно уснуть, когда за тонкой стенкой громыхает праздничное буйство? Не отказывайтесь, пожалуйста. У вас чисто, уютно. Если вы согласитесь, госпожа, вы меня очень выручите.
— Если так… Располагайтесь, госпожа.
— Да, так! — я, практически, насильно втолкнула ей в руки купюру. — Это аванс.
— Ох…
Я выпила чай, от шоколада категорически отказалась. Что я, угощение, которое принесла им, сама съем? Нет. К тому же шоколад я профессионально ненавижу.
Януш тоже налегал на чай и избегал шоколада, оставлял матери и сестре.
Отставив пустую чашку, я поднялась. Януш тоже встал.
— Госпожа, нам пора. Рада была познакомиться.
Женщина проводила нас до дверей, закрыла за нами засов.
Когда мы с Янушем отошли в сторону, я предупредила:
— Обратно на извозчике.
— Бу-бу-бу, — насупился Януш, и дальше мы шагали молча.
Неприятности начались у питейного заведения.
Дыхнувший под стеной забулдыга не только продрал глаза, но и вполне твёрдо встал на ноги. Привалившись к стене, он деловито выворачивал дырявые карманы. Вероятно, в поисках денег. На нас он внимания пока не обращал, но непременно обратит. Улица узкая, пройти мимо придётся вплотную, а обходного пути нет.