Ко мне подскочил Фанар:
— Счастье-то какое! Мальчишки днём углядели, что камень-то пропал! Кончились наши страдания, сэр рыцарь? Всё как вы и говаривали. — Он шагнул чуть ближе и произнёс тише. — Тут молодой герцог приехал. Сказывает, что это он дракона победил. Мы уж и не знает правда, али брешет его светлость.
Я ещё раз оглядел праздник. Значит о том, что камень пропал узнали ещё днём? Где бы ни были люди короля, они уже едут сюда. Нужно уходить! Причём так, чтоб об этом уходе особо никто не судачил.
— Правду говорит! Храбрый юноша!
Фанар ещё что-то говорил, но я уже не слушал, устремившись наверх. Нужно было собирать вещи и скакать прочь. Как плохо, что не поговорил с Иллой. Но теперь она справится и без меня. Видимо такова судьба.
Я уже скидывал скарб в седельные сумки, когда на моём пороге появился менестрель.
— Уезжаете, предусмотрительный сэр Вазгар?
Я покосился на него. Чего он добивается?
— А ты полагаешь, что мне стоит остаться?
— Разве вы разгадали загадку до конца?
Я отложил сумки и сел так, чтобы видеть глаза старика:
— А зачем мне разгадывать её? Ты ведь и так знаешь ответы! Просто расскажи мне.
Старик тоже присел, примостившись на крышке сундука:
— Вы слишком высокого мнения обо мне, прозорливый сэр Вазгар. Я не знаю ответов.
— Да? — я усмехнулся — Как же так? Ты, чревоходец, потомок владык Дьямара. Зачем же ты вновь свёл кровопивца и двуликую? Чего добивался, если тебе не известны ответы?
Старик усмехнулся:
— Мне известна лишь часть ответов, проницательнейший. И один из них, что возможно Ранамир Жестокий был прав и воссоединение кровопивца и двуликой вернёт магию этого мира. Я стар и без магии мне не удалось народить сына. Чревоходцы не ловки к брачному дару. Нам нужна способная, которая сама будет видеть нас в любом теле. За мою долгую жизнь я не встретил таковой. Но я сменил столько тел, что моего возрождённого потомка не сможет найти и армия преданных слуг. Мой дед клял и кровопивцев и двуликих предателями, заклинал меня и на смертном одре не подать ни одному из вас и воды из-под ног. Но со мной мой род и мои знания погибнут. И я решился использовать все шансы, что мне ведомы.
— Почему ты не рассказал мне?
— Что я мог сказать вам, внимательнейший? Что юная принцесса двуликая и подобна пожару? Её дракон растёт, поглощая жизни тех, кто вышел на бой с ним добровольно? Что никто не ведает, как унять этот огонь или когда он уймётся сам? Нужно быть безумцем чтоб, зная суть такой девицы приблизиться к ней. И дважды безумцем чтоб сделать это ни один раз: уговорить, обаять, влюбить в себя. Я подумал, что в незнании вы будете храбрее и вольготней. Что будете видеть красоту девы, очаровываясь ею и пройдёте преграды споднучней. Убить кровопивца сложно даже дракону, тем более, что я знал вашу тайну и был рядом готовый подсобить излечению.