— Ошибаешься. Ответь на один вопрос: ты попытаешься сделать её счастливой? Ты меня знаешь, если соврешь сейчас — я пойму.
— И что тогда?
— И тогда ищи её еще десять лет, может, к тому времени поумнеешь, и мы повторим этот разговор.
Мужчина устало выдохнул. Вдалеке стояло несколько машин, парили в воздухе ждущие хозяина истребители. Вирослава пришла сама. Как же, сама, она та еще перестраховщица!
— Да, Вира, я попытаюсь.
— Я укажу тебе место и время, где её можно будет найти. Найти — не означает поймать. Если убежит — значит, ты оказался недостаточно ловок.
Доган усмехнулся.
— Не убежит.
Вира знала, что не убежит, но должна была дать своей лисичке право на схватку. Догану нужно будет повозиться, чтобы получить обратно свою лисицу. Но и Вира также знала, что Марлен пора вернуться к своему проклятому ящерру. Он, этот проклятый ящерр, очень её любит и ждет. Теперь всё будет по-другому.
Ловушка
У Марлен Эрлинг была репутация. Эта женщина была бесстрашной, бесшабашной, с пулей в голове, но эти качества проявлялись в ней только в определенных ситуациях — во время гонок. Марлен в спокойной обстановке, и Марлен — гонщица — безусловно, то были две разные Марлен.
У Марлен Эрлинг была репутация. На неё всегда можно было положиться. Она выполняла данные ею обещание, но уговорить её дать это самое обещание порой было нелегко. При желании, она умела оставлять с носом, но делала эта красиво, необидно.
У Марлен Эрлинг была репутация, и она ею очень дорожила. И очень боялась, что кто-то узнает, что хитрая маленькая лисичка, что иногда брала контроль над телом мудрой опытной Марлен, сумела выжить.
… Подземные катакомбы, в народе ласково именуемые паутиной, стали для лисицы вторым домом. Там она чувствовала себя как рыба в воде. Там притуплялось чувство подстерегающей на каждом шагу опасности.
Ей было чего остерегаться. Марлен Эрлинг старалась соответствовать своей репутации, но порой это было нелегко. Призрак Догана Рагарры преследовал её.
Ей понадобилось время, чтобы перестать бояться мужчин, чтобы научиться получать удовольствие от секса. Иногда ей казалось, что он таки сломал ту хитрую лисичку Марлен. Женщина старалась не подпускать такие мысли близко к сердцу. Она сбежала, она свободна, она борется за благое дело. Что еще нужно? Чего не хватает?
Действительно, чего ещё ей хочется?
— Ты чего здесь сидишь?
К Марлен подошла Джин. Она уселась рядом с Марлен и по примеру лисицы свесила ноги в бурлящие горячие воды подземного источника.
— Сама не знаю, — отозвалась Марлен, рассматривая водные нарывы по центру источника. — Мысли всякие в голову лезут, захотелось от них избавиться.