О том, как герой терпит неудачу на научном поприще, узнает, что такое орда беляков, и видит одну из самых страшных тварей в мире
Глава 11
Энергокаркас прототипа силовой брони упорно отказывался функционировать как единое целое. Вместо этого наложенные на металл чары самым наглым образом конфликтовали друг с другом, спадали, работали не как должны были работать или и вовсе накладывались друг на друга, вызывая эффект синергизма. В теории-то последнее было очень даже неплохо… Но на практике от мощности, в три-четыре раза превосходящей расчетную, банально рвалась материальная часть боевого костюма. Вместе с манекенами и подопытными.
– Какая трагедия, – грустно вздохнул Олег, рассматривая результат рук своих, слабо дрыгающий когтистой лапкой. Оная крепилась к тазовым костям, а вот последние с позвоночником больше не соединялись. Когда силовую броню свело судорогой, низ ее выгнулся вправо, а верх влево. И соединяющие их между собой крепления, равно как и живая плоть, подобного не выдержали. – Прощай. Твоя жертва во имя науки не будет забыта раньше, чем окажется вписана в лабораторный журнал.
Вряд ли гидрон смог услышать его слова с такого расстояния. Или каким-то иным образом понять, что обнаружен. Однако быстро увеличивающаяся в размерах точка тут же засветилась ярко-зеленым цветом, и о прикрывающий корабль щит разбилась на сотни искорок толстая изумрудная молния. Затем вторая, третья, четвертая… Кто-то закричал, что из-за буйства дикой магии не работают чары наведения. Тискающий в пальцах револьвер Олег бросил считать попадания вспышке на двадцатой, одновременно с которой рявкнули и наконец-то сумевшие навестись на цель орудия «Воздушной танцовщицы». Причем не какие-то там отдельные хлопушки вроде палубных картечниц: летающее судно выдало настоящий бортовой залп. Тот, кто в настоящий момент управлял им, смог довольно толково развернуть корабль практически на одном месте, обрадовав гидрона устремившимися к его бронированной шкуре снарядами.
– Ну да… – неуверенно пробормотала ведьмочка. – Где-то минуты полторы в воздухе продержусь. Ну, может, две… Если не отвлекать.
Впрочем, слушали его уже совсем немногие, поскольку офицеры мгновенно разбежались по своим боевым постам. Остались на прежнем месте лишь человек шесть в лице капитана, мичмана, связистки, отца Федора и двух боевых магов из воздушной пехоты. Олег чуть отступил к дверям кают-компании, но тоже уходить пока не торопился. Лазарет находился на этой же палубе буквально в двух шагах, но до появления первых раненых делать в нем было решительно нечего.