— Даша! — тут же подскочил. — Наконец-то!
— А что ты здесь делаешь?
— Назаров отзвонился и сказал, что ты поехала домой.
— Вот как… — неужели у Волка Андреевича мозги на место встали, и он понял, что лучше отступиться? Но, блин, балабол несчастный! Не оставит меня в покое, без меня не сможет. И нате, пожалуйста. Сдал со всеми потрохами.
— Что с тобой случилось? — заметил шрамы на руках.
— Нарвалась на медведей. Представляешь, за все двадцать с лишним лет ни разу не встречалась с ними, даже не думала об их существовании.
— Как себя чувствуешь?
— Позавчера было все очень плохо, а сегодня почти уже хорошо. Но я все-таки решила взять больничный.
— Само собой. И я бы с удовольствием помог тебе. Все что угодно, Даш.
— Вить… я… — что ж так тяжко даются слова, — я уеду на неделю. Мне нужно успокоиться, переосмыслить многое. Неделя полного уединения. Столько всего случилось за месяц, что ужас просто. Расставание, новая работа, отвратительное начальство, и я сейчас не о Г уставо, он восхитительный, и последнее происшествие, которое не буду скрывать, пошатнуло, сильно пошатнуло. Надеюсь, ты не обидишься. Мне, правда, нужно.
— Ты очень искренняя и настоящая, Даш. И мне очень жаль, что все получилось именно так, что мы все оказались далеко от тебя. Мы виноваты и нам очень стыдно.
— Вы-то в чем виноваты? Это Грановская отправила меня к черту на куличики, а я с дуру согласилась, потому что хотела денег лишних заработать. Просто так произошло.
— Надеюсь, через неделю ты к нам вернешься, — печально улыбнулся.
— Должна.
На том и разошлись. Увы, Виктору я сейчас ничего хорошего сказать не смогу. В душе, в голове такая круговерть творится, что аж страшно. В конце концов, сама себя не пожалеешь, никто не пожалеет. Назаров так и будет горным козликом скакать вокруг своей Элиночки, Густаво с командой будут работать, пока я, значит, буду страдать депрессией. Нет уж!
Блин! Я же загранпаспорт должна отнести!
К вечеру, расправившись со всеми делами, приготовила себе рулетики из ветчины с сыром, достала из закромов бутылочку ликера и со всем эти добром разместилась перед телевизором. Итак, терапия под названием «Кошки не сдаются» началась. День первый — гастрономический.
И только хотела отправить первый рулетик в рот, как зазвонил домофон.
Каково же было мое удивление, когда на экране увидела саму Грановскую. Они сговорились что ли? Интересно, ее тоже прислал Назаров с повинной. А пустить пришлось. И пока волчица поднималась, я готовилась к худшему, в конце концов, может, Элиночка приехала на самом деле добить меня?