— Добрый вечер, Элина Марковна, — открыла дверь.
— Добрый, Дарья, — держалась она, как всегда уверенно, смотрела свысока. — Я приехала извиниться перед тобой, — и еще выше задрала подбородок. Ну, блин, хоть бери и вези эту гламурную красоту в музей мадам Тюссо. — Надеюсь, этого будет достаточно в качестве извинений? — вытащила из сумочки конверт. — Здесь десять тысяч долларов.
Обалдеть! На меня деньги сегодня сыплются как из рога изобилия. Так скоро миллионершей стану и работать не придется.
— Я в порядке. И благодарю, но мне ничего не нужно.
— Уверена?
— На все сто. Но спасибо за внимание, — хотела бы сказать «за заботу», только это и не пахнет заботой. Даже не поинтересовалась самочувствием, а сразу начала пихать деньги.
На что она кое-как улыбнулась, после чего со спокойной душой убрала конвертик обратно в сумочку.
— Ладно. Если что, ты обращайся.
— У меня только одна будет просьба.
— Слушаю.
— Я хочу продолжать работать в команде Густаво.
— Да, конечно. Как оправишься, возвращайся. Твое место никто не займет.
— Спасибо.
— Выздоравливай, — очередной раз, словно выплюнула эта восковая кукла.
Пренеприятная особа. Я заметила, Элина пребывает, как правило, в двух состояниях, или состоянии злости, или тотального безразличия, иногда правда улыбается, пытается изобразить кокетство, только даже невооруженным взглядом видно, что это все ненастоящее. И понять я не могу, отчего так. То ли от природы она немного того, то ли за этими масками прячется глубоко несчастная женщина. Да и какая мне разница. Родилась Грановская истуканом или стала в силу каких-то причин, факт есть факт — она не испытывает сочувствия к окружающим. Страшно представить, какая из них с Назаровым выйдет пара. Один топор, вторая полено. И вот будут друг друга на щепки лохматить. Бр-р>-р-
Вообще, зря я наверно деньги не взяла. Но после всего, что случилось между мной и Андреем, не смогла. Рука не поднялась. Да, мы не спали, да, Элина наставляет рога ему почем зря, но все равно, я-то, получаюсь, не лучше. И чувство теперь это гадливое не отпускает. Может, после отдыха отпустит? К которому, кстати, не мешало бы подготовиться. Вылет уже завтра.
На следующий день…
Назаров сидел в кабинете Элины и пытался разобраться в той мешанине из букв и цифр, которую эта горе-директор оставила после себя. Видимо Грановская поняла, что директор ресторана должен еще и работать, а не только носить строгие костюмы от кутюр и гонять сотрудников за абы что.
— Дура, блин, — очередной раз вчитался в неразборчивый почерк, — на кой хрен оно вообще мне надо… своей работы завались.