— Отвернись, — решил парень и скромно удалился в угол за шкаф.
Я тоскливо посмотрела на верхние лестницы — хотелось с головой закопаться в летописи и читать, читать, читать… Но желудок требовал немедленного спуска в подвал. И заодно пройдусь по хранилищам — Эраша надо одеть по сезону, да и в башне сыро и зябко.
— Отдыхай и не волнуйся, — прошелестела схаали.
— Ну и что? — насупился парень, краснея.
— Покрутись-ка, — скомандовала я, разливая суп по плошкам.
— Ничто не оправдывает бездушности! — Эраша понесло. — Для тебя нет людей, ты только командуешь, запугиваешь и манипулируешь, но не понимаешь их и не чувствуешь! Только используешь! И если помогаешь — то в собственных интересах!
Вернувшись, я удивилась, застав Эраша за делом: пошатываясь, он деловито помешивал суп. Кажется, приходит в себя. Наконец-то. Я вручила ему сверток с тряпками:
Эраш, разумеется, поплелся следом. Мы молча спустились на первый подземный этаж и оказались в широком коридоре, в стенах которого виднелись многочисленные арочные проходы. Меня потянуло в третий слева, где по плану находилась кухня, и спустя мгновение я уже рылась в шкафах, мешках и коробочках. Эрашу, чтобы занять его и отвлечь, поручила разжечь огонь в очаге, с чем он справлялся из рук вон плохо. Дрова выпадали из дрожащих рук, не желая укладываться, а трясущиеся пальцы роняли кремень. Однако я в башне не чувствовала никакой опасности, мне здесь уютно и спокойно. Не понимаю…
— Допустим, — спокойно согласилась я. — Но когда ты примешь свою истинную силу — поймешь, почему мы такие. Помнишь, что со мной случилось по прибытии на острова?
Но, надо отдать парню должное, он лишь раз заикнулся о привале. В ответ я сообщила, что отдыхать надо на пороге Вечности: жизнь дана не для того, чтобы сидеть на снегу, греть руки у костра и чесать пузо, размышляя о ее смысле. К тому же есть все равно нечего, а сфера огня только одна, и она может понадобиться для другого дела. Эраш выслушал, вздохнул и замолчал, сопя мне в спину.
— Да-а-а? — я иронично подняла брови. — И что тебя во мне не устраивает?
— До дрожи в коленях.
— Пей.
— Мальчик, нас никто не спрашивает, хотим мы родиться темными или нет, — мягко сказала я. — Нас тыкают в случившееся носом и заставляют с этим мириться. И мы либо принимаем силу и живем спокойно, либо воюем с собой и со всем миром. Думаешь, у тебя есть пути Перекрестка и есть выбор? Но его нет, Эраш, ты — источник тьмы. И однажды он наберется сил и сотрет остальные пути, выжжет перекрестковые способности. И либо принимай мрак и себя, либо воюй с ним и отвергай свою суть — это твое право. Но если ты не можешь быть тем, кем являешься, зачем ты вообще есть?