— Почему? — сердито и разочарованно.
Эраш поджал посиневшие от холода губы и расправил сутулые плечи, но вздрагивать не перестал. Я осуждающе покачала головой и первой пошла по извилистой, мощеной черным камнем дороге к центральной башне, обходя опустевшие хозяйственные постройки. Себя обитатели островов не уберегли, зато здания гильдии… Магия Девятого — во всем ее великолепии, ныне никому не нужном.
— Не хочу! — заладил он. — Не буду! Оставьте меня в покое!
— Пошли, потом налюбуешься.
А я, устав от разговоров, решила отправиться спать. Эти двое могут сколько угодно спорить о вечном, а я, может, бездушная, но не железная. И очень хочу забраться в кровать, закутаться в теплое одеяло и уснуть под треск поленьев и гул разыгравшейся бури.
Вот оно что… Так неизвестный просветитель еще и мной пугал? Меня в пример приводил? А я, сама того не ведая, «закрепила» результат? Однако ситуация вырисовывается…
На Эраше не было лица. Съежившись у двери, он с ужасом уставился на ближайший факел и не сводил с него глаз.
Он поднял голову и тихо помянул свою воровскую силу — ветер. Перед нами величественно темнела башня гильдии Девятого. Битва магов, изрядно проредив лес, до башни не добралась, и она, словно выточенная из цельной скалы, блестящая и черная, возвышалась над лесом. А рядом раскинулся небольшой, ныне безлюдный и пустынный городок в виде паутины. В центре — башня, где хранились древние летописи и реликвии и проходили занятия, а от нее девятью лучами разбегались дороги, ведущие к девяти же низким башенкам, где жили наставники и ученики, и круговым улицам.
Кивнув, я вышла из кухни.
Врата захлопнулись с тем же скрипом.
И ветер крепчал, предвещая снежную бурю, и нам пора отогреться у очага. И перекусить. Есть хотелось зверски, но с собой у меня ничего съестного не было, и я надеялась, что оно отыщется в подвалах башни гильдии. А раз время на островах остановилось, замерев на определенном моменте, то еда должна быть… пригодной. И я даже знала, где ее искать: от Кайсина нам досталась летопись с подробным планом башни гильдии вплоть до указания помещений.
— То есть?
На запах готовой еды из своего угла выбрался Эраш и смутился под моим внимательным взглядом.
Я нахмурилась:
Парень судорожно сглотнул и выдохнул:
— Верно, — прошелестела схаали, одобрительно щурясь. — Всё верно.
— Ты непохожа на… человека, — парень смотрел с откровенной неприязнью, впервые за наше короткое знакомство решившись выразить собственное мнение. — Ты бездушная, черствая, бесчувственная… И глаза у тебя пустые, равнодушные и холодные… И если темные такие, то я им быть не хочу!