— С самолета буду искать автоколонну на дорогах.
Его не смутило, когда я сказал, что наши летчики уже обследовали все дороги на 200 километров вокруг.
На следующий день московский посланец исчез, и это укрепило нашу уверенность в том, что автоколонны, которую армия ожидала около недели, в природе не существует. Только звонок Гришина в Военный совет фронта положил конец бесплодным ожиданиям. Вечером прибыл железнодорожный транспорт с двигателями и коробками передач, отгруженными наконец Главным управлением с ближайшего центрального склада.
Теперь у нас буквально закипела работа. Всю ночь и часть следующего дня Иванов, все офицеры отдела снабжения вместе со складской командой разгружали агрегаты и прямо из вагонов раздавали их ремонтным частям.
Перед всеми нами, перед политорганами, партийными и комсомольскими коллективами встала неотложная задача — организовать дело так, чтобы за три-четыре дня поставить двигатели и закончить ремонт всех оставшихся машин.
Работники политотдела армии и 29-го корпуса пошли в ремонтные подразделения Бочагина и Гусева. Ночью они провели короткие партийные собрания. Во всех бригадах прочитали письмо бригадира Новицкого.
— Мы в хвосте не будем, — решительно заявил старший сержант Сережичев, когда парторг закончил читать письмо, — Пошли, ребята!
11 января 1945 года у командарма собрались его заместители и начальник штаба. Всех интересовал один вопрос: как дела с ремонтом? Выслушав мой короткий доклад, Вольский сказал:
— Время на исходе. Нажимай, Федор Иванович, как только сможешь!
Я посчитал неудобным уточнять сроки и тут же снова выехал к ремонтникам.
В эти последние перед боями ночи ремонтники почти не отдыхали; не отходили от танков инженеры и техники. Начальник ОТК инженер-капитан Ермаков гнал на контрольный пробег сразу по три машины, пересаживаясь с одной на другую. Воля и настойчивость людей победили. Сроки сокращались. Там, где обычно требовались сутки, работа выполнялась за шесть-семь часов. В «молниях», появлявшихся то на броневом корпусе танка, то на стволе сосны у рабочего места, упоминались бригады Сережичева, Новицкого, Азарчука, Волосухина и других.
— Иванов зашивается, — озабоченно предупредил меня Ирклей. — К нам идут эшелон за эшелоном. Все офицеры-снабженцы заняты встречей и разгрузкой танков. Снабжением на время боев заниматься некому. Не лучше ли Иванова и его помощников освободить — пусть готовят запасы на операцию.
Так мы и сделали. По установленному графику части стали сами высылать офицеров для встречи эшелонов с танками и самоходками. В сутки иногда прибывало по нескольку составов. Встречали их не на станции разгрузки, а за два-три пролета до нее. В эти пункты мы заблаговременно завезли водомаслогрейки, а на одну из станций даже подогнали заправочный паровоз. Это дало возможность заправлять двигатели горячей водой и маслом еще в пути, заранее заводить их. К станции машины приходили уже прогретыми, а это значительно ускоряло разгрузку и предохраняло двигатели от аварий.