Женщина недовольно посмотрела на Ирину. Должно быть, по ее мнению, пришло время, когда оппонент должен был залиться слезами. И клясться в чем угодно, лишь бы прекратить «прекрасное общение». Однако Ирина сидела спокойно, непроницаемости ее лица тоже можно было бы поучиться. А еще она сознательно зеркалила движения мамы Льва. Чем бесил ту еще больше. Ну уж простите – должны же быть маленькие радости в жизни даже в такой день.
- Я понимаю, что Лева и сам хорош. Он слишком далеко зашел в своем затянувшемся подростковом бунте. И вместо того, чтобы заниматься музыкой, он растрачивает свой талант впустую.
Негодующий взгляд на Ирину, видимо, как на олицетворение пустоты в жизни несостоявшегося талантливого музыканта.
Легкий кивок даме. Нет, Ирина не будет ругаться и что-то доказывать. Людям надо оставить право жить с собственными заблуждениями. Почему нет-то?
- Но ваша связь – это вообще запределье какое-то.
Было больно. Было неприятно. Было обидно. Даже не так за себя, как за Леву. И за Сашу.
- И ваш сын, с помощью которого вы манипулируете…
- Стоп. - Ирина поднялась, давая понять, что разговор окончен.
- Послушайте, - зеленые глаза сверкнули злостью. – Я понимаю, что у меня нет таких денег, которые может вам дать мой сын, но… Скажите, сколько?
- Уходите.
Ирина могла собой гордиться – голос не дрогнул. Только тщательно отмеренный холод.
- Подумайте, вы же…
Джесс, подслушивающая в коридоре и решившая, что играться с этой женщиной она точно не будет, взвилась в лае. Она прослушала, прослушалааааа. И не поджидала у двери…
- Мама! Мы пришли!
Ирина бросила на незваную гостью предостерегающий взгляд и тихо сказала:
- Я вас провожу.
- Но…
- Все вопросы о моем существовании в жизни вашего сына согласуйте, пожалуйста, с ним.
А вот это было приятно. Злые чувства, нехорошие, но все же… В тот момент, когда мама Левы увидела вбежавшего на кухню Сашу. И изумленно посмотрела на Ирину:
- Но мне сказали…
Руки дрогнули.
- Добрый день, - сказал вежливый мальчик и с любопытством уставился на незнакомку.
- Добрый, - беззвучно проговорила та.
- Всего доброго, - Ирина проводила маму Левы. Потрепала сына по голове, выгуляла собаку, спокойно пообщалась с бабушкой. И прорыдала целый вечер, отчаянно ругая себя за это, но не в состоянии остановиться.
Глава восемнадцатая
- Бэрримор, кто там воет на болотах?
- Простите, сэр. Накопилось.
(изумительный анекдот из ВК)
- Ира? Ирочка…
- И много-много радостииииииииии…
- Снегурочкааааа! Снегурочка!
- С наступающим!!!
- Ира, пожалуйста, объясни…
- Лева, работаем!
- Дай мне минутку! – зарычал, с раздражением сдернул с себя шапку Деда Мороза, бросил рукавицы на пол. И… услышал гудок в трубке. Длинный, тоскливый гудок.