— Фигасе компот! Наш пострел в тюрьму загремел, а потом ещё и сбежал. Интересно.
— Это не самое главное.
— А что главное? То, что он стал фактически нелегалом?
— Да нет же, — поморщился Александр Григорьевич. — Самое главное, он решил рассказать о будущем мне. Ну, в смысле, мне тамошнему.
— И что в этом страшного? Ты же сам говорил: без твоей помощи ретранслятор собрать не получится.
— Ну, говорил. И что?
— Да, собственно, ничего, — пожал плечами «чекист». — Просто ты сейчас сам себе противоречишь. То можно тебе тамошнему всё рассказывать, то нельзя. Ты уже как-нибудь определись, наконец.
Синицын вздохнул.
— Понимаешь, Миш… Я до последнего надеялся, что Андрюха сумеет использовать мои тогдашние знания и умения втёмную, не рассказывая ничего о будущем. Я, если честно, просто боюсь, что будет, если он всё мне расскажет. Я же ведь помню себя. Меня тогда хлебом не надо было кормить, дай только поэкспериментировать с чем-то глобальным, чтобы, как говорится, весь мир в труху, лишь бы только узнать, как он на самом деле устроен.
— Боишься разрушить Вселенную? — усмехнулся Смирнов.
Шура развёл руками.
— Ладно. Будем считать, что Вселенная не пострадает, — подытожил «чекист». — Ответ уже написал?
— Угу.
— Дай, гляну.
Смирнов взял песенник и быстро пробежался глазами по последним страницам.
— Ну, вроде всё правильно.
— Правильно? Тебе-то откуда знать? — усомнился Синицын. — Там же одна теорфизика.
— А я по контексту, — подмигнул приятелю фээсбэшник. — Чем больше формул, тем меньше воды.
— Дурацкая шутка, — хмуро бросил учёный. — Дописывать будешь?
— Нет.
— Тогда отправляем…
Подготовка к очередному эксперименту заняла минут двадцать.
Смирнов снова устроился на «электрическом стуле», облепленный проводами и датчиками, а тетрадь-песенник заняла привычное место в контейнере.
— Готов?
— Да.
— Начинаем…
Понедельник. 15 июля 1974 г. Остров Кипр. Никосия
День обещал быть жарким во всех смыслах этого слова.
Митрос стоял у простенка и тревожно вглядывался в залитые утренним солнцем окрестности. От президентского дворца до казарм Нацгвардии меньше двух километров. Поэтому если начнётся то, о чём ещё три дня назад предупреждали все как один информаторы, времени, чтобы отреагировать, почти не останется.
В начале июля архиепископ Макариос попытался утихомирить непримиримую оппозицию, издав указ о сокращении сроков военной службы и увольнении в запас самых ярых сторонников энозиса, а чуть погодя отправив греческому президенту Федону Гизикису письмо с требованием отозвать с острова 650 офицеров ЭЛДИК, однако, по мнению многих, эти меры уже ничего не решали. Местные правые взяли курс на государственный переворот и отступать от него не собирались. Правящая в Греции хунта «чёрных полковников» поддерживала их напрямую: оружием, деньгами, людьми.