— Хорошая идея. Иначе он уже не сможет остановиться. Приехала бы к нему попытался поговорить. Вчера и сегодня у него тихо.
— Да, наверное, так и сделаю. А можно мы и к вам заглянем? Если честно, я даже немного соскучилась.
— Конечно! Поля, о чем речь? Я всегда рад тебя видеть, тем более, хочу уже увидеть твоего суженного. Я же должен знать, кому в руки попало такое сокровище.
— Хорошо, тогда сегодня вечером ждите нас в гости.
Габриель не очень-то обрадовался перспективе встретиться с моим отцом. Это было очевидно, поэтому я уже была готова пустить в ход свое очарование, только бы Габи согласился. Прежде я никогда не считала себя обаятельной девушкой, но Габриель раскрывал меня, показывал, что я красивая и ничем не хуже остальных. Смириться и привыкнуть к этому, было трудно, но, кажется, я начинала понемногу справляться.
— Я уже пообещала дяде Коле и фактически мы поедем к нему. Он хороший человек и обязательно тебе понравится.
— Не сомневаюсь, — хмыкнул Габриель, просматривая очередную кипу важных документов.
Мне нравилось наблюдать за ним, когда он был погружен в работу. Всякий раз, когда Габи должен был изучить новый контракт или еще что-то, он ходил туда-сюда по гостиной, внимательно читал, делал какие-то пометки карандашом, неосознанно прикусывал кончик этого карандаша. Работа преображала Габриеля, делала его каким-то особенным. Вот и сейчас я не могла отказать себе в удовольствии понаблюдать за своим мужчиной к тому же его белоснежная рубашка так сексапильно была расстегнута, открывая моему взору широкую, красивую грудь. Я немного засмущалась и удивилась своим пошлым мыслям.
— Тогда почему противишься? — я с трудом смогла поднять свой взгляд на лицо Габи.
— Потому что, не хочу, чтобы ты виделась со своим папашей. Ничего хорошего из этой встречи не выйдет. Ты расстроишься, а я меньше всего этого хочу, — он поместил карандаш за ухо и продолжил изучать бумаги.
— Не расстроюсь, — запротестовала я. — Мне нужно его увидеть, поговорить, а главное — уговорить лечь в клинику.
— Это бессмысленно, — безапелляционно заявил Габриель. — Ты ведь лучше меня знаешь своего отца. Он не маленький мальчик, если не захочет ложиться, то не заставишь. Тем более, алкоголик редко признает себя алкоголиком.
Габи говорил правильные вещи, и я это прекрасно понимала. Но меня оскорбляло то, что он был так резок со мной. Всё-таки речь идет о моем отце, а не о каком-то постороннем человеке.
— И всё же это только догадки, — я сидела на диване, ко мне подошел Малёк, я тут же подхватила его к себе на руки. — Нужно хотя бы постараться, попробовать, понимаешь?