― Ты хочешь, чтобы я убил своего брата? ― спрашивает Трэвис. Он, кажется, нервничает.
― Ты уже убивал. Это будет вишенкой на торте.
― Но он мой брат.
― Послушай, парень. Ты испортил мне вечер. Я хочу убраться отсюда нах*й. Если ты его не убьешь, я убью вас обоих. Выбирать тебе.
Молчание нарушается лишь хныканьем, которое я уверена, исходит от Уинстона.
― Ты не можешь этого сделать, Трэвис, ― наконец, произносит он. ― Ты не можешь убить собственного брата.
― У меня нет выбора, ― говорит Трэвис. ― Я верен клубу «Полночь». Они моя настоящая семья.
― Нет, ― голос Уинстона надломлен. ― Отпусти меня.
По звукам ясно, что Уинстон, вероятно, пытается сбежать, а двое других мужчин пытаются остановить его.
― Вышиби ему мозги, или ты умрешь вместо него.
Теперь немец в ярости.
Он не успевает повторить, как в мое сердце врезаются звуки выстрелов. Они негромкие, потому что, вероятно, используется глушитель, но я слышу звуки смерти. Я чувствую себя так, будто падаю, и не знаю, как остановить это падение.
Я впиваюсь зубами в губу, чтобы не заплакать. Я все еще плотно зажмуриваю глаза. Если они сейчас не уйдут, я могу не выдержать. Нет, я должна постараться. Я не могу умереть, не сегодня, не так.
― Знал, что в тебе это есть, ― говорит мужчина. ― Мои поздравления. Иди к машине. Мы должны уведомить Братьев. Еще нам понадобится прибраться здесь.
Слышны звуки шагов, затем хлопает дверь. Я уже готова расслабиться, когда до меня доносится голос Трэвиса. О, нет, он все еще в комнате.
― Прости, братец. Я не хотел, чтобы все так закончилось, ― он вздыхает. ― Но если быть честным, ты стоял на пути моего счастья. Твоя жизнь была моей.
Он прочищает горло.
― Не переживай. Я найду Дженну, трахну ее в последний раз от твоего имени, а затем отправлю к тебе. Это может занять время, потому что сначала я хочу с ней позабавиться.
Сердце бьется у меня в горле, когда он также покидает комнату. Когда дверь снова хлопает, я понимаю, что должна идти, или они найдут меня. Вероятно, они вызовут команду убийц, чтобы они пришли и избавились от тела Уинстона, и один из них может обнаружить гардероб.
Я открываю дверь и выползаю от туда, чувствуя себя так, будто пробираюсь сквозь воду. Я закрываю дверь и продолжаю ползти к двери. Меня мутит, когда я замечаю тело Уинстона на полу. Его застрелили в голову. Я сглатываю желчь и отворачиваюсь.
Я хочу встать, бежать, но меня ослабляет страх. С моего лица капает пот, и я все еще дрожу, продвигаясь к входной двери.
После нескольких попыток встать, мне удается выпрямиться на трясущихся ногах и открыть дверь. Не думаю, что долго смогу простоять, потому что меня уже охватывает головокружение. Я высовываю голову наружу, чтобы просканировать коридор, молясь Богу, чтобы они меня не увидели.