Северьян смотрел на лекаря удивленно, как бы спрашивая: “а вы здоровы, доктор.” Но осознание и принятие, что, да, он мог такое провернуть, медленно, но приходило.
Алина же спокойно принимала любую информацию, подумаешь временная магия, подумаешь амулеты, она вон в другом мире, в чужом теле, жива здорова и даже с ума не сошла — вот это диво дивное.
— Мелентий, что Вы посоветуете делать? — спросил обескураженный Реджен.
— Жить, мальчики. Зачем-то же вы в будущем сделали это для себя теперешних, — лекарь усмехнулся. — А она Вас пометила, обоих. Как вам такое? А еще Алиночка маг с редким даром, учить надобно, — Мелентий встал с диванчика, на который успел на короткое время присесть. — Пойду я, устал что-то. Реджен, открой окно в мой кабинет.
Реджен послушно открыл портал для лекаря и тот, шагнув, исчез в нем. А мужчины попытались устроить допрос Алине, о ее личной жизни, о том другом мире и подробности о переносе в этот мир и о ее даре. Девушка же чувствовала, что если начнет делиться тем, что так сильно хотела вернуть, разревется и остановить ее не сможет даже магия. Поэтому она помотала головой.
— Северьян, моя просьба. Вы не расспрашиваете меня о том, о чем так сильно хотите разузнать. Я не могу пока об этом говорить, возможно позже расскажу все подробно, но не теперь. Мелентий сказал, что я маг Симпатии, но я не чувствую ничего. Но все завтра, а сейчас оставьте меня одну, я очень устала.
К ней близко, крайне близко подошел Реджен и за руку заставил встать с софы. Все молча, лишь взгляд его кричал о чем-то. Алина разволновалась, сердечко ее забилось сильнее. В его руках она почувствовала себя собой, девчонкой с Земли, забыла о новом теле, о том, где она и кто теперь. Она смотрела в темно-синие глаза, видела их бездонную глубину, и где-то там мерцают мириады звезд. Видела темные ресницы и уже не вызывали удивления их кончики цвета индиго, как и у второго близнеца. Где-то там слышалась музыка, под которую она не так давно соблазняла мужчину.
Теперь мужчина соблазнял ее. Его рука обвила талию, неспешно скользя и притягивая ее ближе, еще ближе. Алине уже не хотелось контролировать свои желания, эмоции. Она так долго держалась. Там, на Земле, на публике старалась не показать горя от потери любимого, тут страшилась разоблачения и почти не давала себе настоящей волю, поэтому в этот миг хотелось окунуться в ту бездну, в которую ее так ласково приглашали.
Другая рука прижалась к ее лопатке, невольно девушка выпрямилась еще больше, вытягивая позвоночник и прижимаясь в руке, как привыкла это делать в парном танце с Максимом и другими танцорами. Она почувствовала его первое движение под мелодию и неосознанно постаралась настроиться на партнера.