Левой рукой морпех обхватил сверху короткий пластмассовый приклад тяжёлого чёрного пулемёта, прижавшись правой частью подбородка к костяшкам пальцев. Правая рука крепко держала пистолетную рукоятку, прижимая пулемёт к плечу и удерживая равновесие.
Лёгкий многоцелевой вертолёт зигзагами летел над хребтами, и время от времени его пытались обстрелять из-под деревьев из стрелкового оружия. При каждом нападении с земли пилот резко наклонял «Хьюи» на правый борт и начинал кружить над этим участком, при этом дверной проём наклонялся до такой степени, что пулемётчик уже лежал прямо над головами нападавших. В грохот лопастей вливался треск отрывистых частых очередей, которые выпускал морпех, осыпая джунгли и спрятавшегося в них врага красными трассирующими пулями.
Вертолёт плавно подошёл к земле и задрал нос кверху, становясь на полозья. С Хэткока спало напряжение, в котором он находился все сорок минут полёта. Разгребая ногами траву и грязь, он быстро пошёл прочь от рокочущей машины, подальше от посадочной площадки.
Как только трое морпехов отошли подальше, «Хьюи» оторвался от липкой земли. Слегка вздрогнув, вертолёт клюнул носом и унёсся вдаль, тут же пропав за деревьями.
Комендор-сержант Уилсон встретил троих снайперов на вершине холма и доложил капитану об остальных — все в добром здравии, каждый пополнил счёт убитых. Но больше всего Уилсону и ещё кое-кому из морпехов на наблюдательном посту хотелось поговорить о задании, с которого только что вернулись трое морпехов — о том самом особом задании.
Хэткок с Бэрком больше часа просидели на земляном полу снайперского КП в окружении любопытных морпехов, набившихся их послушать. Они рассказали о том, как был застрелен Француз, но так и не смогли ответить на самый главный вопрос: «За что? Почему шпиёны так хотели его убить?» Как бы там ни было, именно благодаря этому вопросу, на который не было ответа, этой непостижимой тайне, укрытой под завесой таинственности дел рыцарей плаща и кинжала, эта их вылазка превратилась в пикантную историю, вызывавшую горячий интерес. С того дня, когда они впервые рассказали её в блиндаже на высоте 263, она быстро разошлась, с каждым новым пересказом обрастая всё более захватывающими предположениями.
Время от времени Хэткок снова и снова задавался вопросом о том, что именно мог натворить тот Француз, или что он собирался сделать, из-за чего пришлось высылать снайперов на спецзадание, чтобы его убить. Капитан Лэнд знал немного больше со слов того занятного типа в тигровом камуфляже, который мельком упомянул о сбитых пилотах и допросах, проводимых Французом, но подтвердить его слова никто не мог, и поэтому Лэнд ни с кем не делился услышанным.