Возня у самой палатки меня насторожила. Вытянув руку, нащупала свой мастерок и затаилась. Нет, просто так меня не возьмёшь. Ишь ты! Решил застать врасплох, взять сонной и тёпленькой. Настроившись решительно, я превратилась в пружину. И, как только внутри появилась голова злоумышленника, подпрыгнула и пнула гада мастерком. Громкий крик разрезал тишину раннего утра.
Вадик подскочил и повернул лампочку. Эх, лучше бы он этого не делал. На рюкзаке моего начальника сидел Тим и орал, как резаный. Впрочем, он и был резаным. На тыльной поверхности кисти зияла огромная рана, а струя крови уже спустилась до локтя.
Зрелище повергло чувствительную барышню в ужас. Когда Вадим начал трясти моё тело, сообразила, что тоже ору.
Шеф зажал дыру в руке аспиранта собствкнной рубашкой и грозно зарычал:
─ Не вопи, как роженица. Ты же мужик. Подумаешь, царапина!
Тимофей сморщился, но кричать перестал.
─ Ты, Дашка, с ума сошла? Чего на людей с ножом бросаешься?
Я всхлипнула и показала мастерок.
─ Это не нож, и я думала, что это не ты, а он. Поэтому прости, пожалуйста.
─ Она всё ещё бредит? ─ Тим посмотрел на Вадика.
Тот только пожал плечами.
Я сидела, шмыгая носом, и злилась на себя, на аспиранта и на шефа. Да, нервишки сдавали. Мысленно пообещав, что выпутавшись из всего этого, найду себе хорошего психиатра, я постепенно успокоилась.
На завтрак подали бутерброды. Мы сидели с Тимофеем по разные стороны стола и делали вид, что незнакомы. Белоснежная повязка, плотно охватывающая кисть парня, являлась немым свидетелем моего утреннего ляпсуса, не первого и не последнего, очередного.
─ Вот для этого мы и послали молодое дарование к вам. Должен же был кто-то вас разбудить. ─ Закончил отец.
Я прикусила губу с досады. Значит, аспирант, не сделавший ни одного открытия, прослыл дарованием, а я, Дарья Синицына, открывшая и закрывшая множество тайных мест, ─ так, бездарь, горе-археолог, слон в посудной лавке?
Вадим нахмурился.
─ Даже не предполагал, что обвал явился делом рук человеческих. А мы решили, что произошло землетрясение.
─ Кто-то взорвал вход. ─ Кивнул Тимофей.
─ И мы знаем, почему. ─ Отец поднялся из-за стола и прошёлся по штабу. ─ Если сегодня не завести часы, начнётся хаос. А уже завтра двенадцатая жертва замкнёт порочный круг.
Похоже, кроме меня тут никто не нервничал. Все напрочь забыли, что той самой жертвой должна стать я, Дарья Синицына, умница, красавица и просто хороший человек.
─ А если не получится, ну… завести их?
Отец обнял меня за плечи и ободряюще улыбнулся.
─ Никаких «если», дочь! Всё будет хорошо.