— Классно! — тяну. — Аж завидно!
— А ты приезжай в гости как-нибудь.
— Как я приеду? На деревню в дедушке большая труба? Ты ж адрес не говоришь.
— Я тебе его напишу! Письмом! Обычным! По почте!
— О, круто!
— У меня идея есть — дед давно подумывал кое-какие предметы в музей передать. Ему всё равно в какой, а я в ваш отправлю. Заодно и письмецо для тебя вложу.
— Здорово! Буду ждать! — честно признаюсь и чувствую, как теплеет на душе.
— Давай, котёныш, — он чмокает меня в волосы и встаёт, — погнал я. Ещё собираться надо. — На выходе из беседки он приостанавливается и, чуть замявшись, говорит: — И ты бы это… нашла консенсус со своим айсбергом, что ли. Он у тебя хоть и двинутый, но знаешь… правильный. С принципами. Таких мало даже в органах.
Я лишь улыбаюсь и ничего не отвечаю — похвалы в адрес Гектора больше меня не трогают. Раньше — злили. Теперь — всё равно.
Данил уходит, а я бреду к тому самому кафе, где собиралась встретиться с ним. Как всё поменялось за несколько часов! Жизнь моя поменялась! И дальше поменяется ещё круче, потому что уже вызревает решение, которое мне кажется единственно верным.
Данька подал пример: чтобы покончить с этими неправильными, токсичными отношениями — нужно уехать. Не просто в другой город — в другой регион. Подальше. Бежать-бежать-бежать…
Иначе он всё время будет лезть в мою жизнь. Делать, как лучше. Наблюдать, контролировать, управлять. Это же Гектор. Ему или полное подчинение или никак.
Заказываю кофе и чизкейк и злюсь на себя — надо было сразу уезжать. А я — трусиха зависимая. Всё переживала: как же мама? Нет, дальше так не пойдёт. Если я действительно хочу свободы и самостоятельности — нужно жечь мосты и обрубать хвосты. Сразу. Резко. А не по кусочку.
Решение даётся легко, потому что правильное.
Набираю Гектора, жду, когда ответит, он снова начинает взволновано, задевая ещё звенящие струны души:
— Алла… Что-то случилось?
— Ты можешь приехать?
— Всё-таки приехать. Я же сразу говорил. Скоро буду.
— Где ты будешь? Я ведь не дома.
— Я знаю, где ты. Твой новый аппарат. В нём — специальная программа.
Вот же сволочь! Я ему что — подопытный кролик? Хомячок лабораторный? Следить за мной.
Мерзко.
Ёжусь.
— Жду, — бросаю в трубку и отключаюсь.
В кафе тихо. Звучит ненавязчивая музыка. Немногочисленные посетители опробуют новое заведение. Однако и они все сразу оборачиваются, когда он появляется на пороге. Ещё бы — в такие заведения не заглядывают завсегдатаи светских сводок.
А ещё у Гектора — особая энергетика, которая одновременно притягивает и подавляет.
Он уверено идёт к столику, за которым сижу я. Подзывает официанта, делает заказ. Кладёт на стол пачку сигарет, вытягивает одну и закуривает. Запах его табака в сочетании с парфюмом — дурманит. Такой очень мужской — холодно-терпко-строгий аромат.