– Лучше бы они позвали кого-то другого, – поморщился Кави. – Не нравится мне все это, Ран. Мага высшей степени убивают во Дворце, под носом у правящей династии. Это явно не пустяк. Поедешь туда и какова вероятность, что тебя не убьют?
– Даже если призовут по долгу службы – подготовлюсь.
– Ага, как будто ир Хатунэй был не готов, – фыркнул Кави. – Лично Принцу все-таки служил.
– А что до Принца, кстати? Он не пострадал?
– Говорят, что нет, – покачал головой Грум. – Но ты же знаешь: многое умалчивается в интересах Империи.
Это правда. У стен есть уши, а если враг завелся где-то в верхах, лучше уж точно не распространяться о тех или иных подробностях произошедшего. Меня лично этот вопрос волновал, но не до такой степени, чтобы я начал переживать. Магов высшей степени в Империи было по пальцам пересчитать, потому что каждый из нас представлял собой сильную боевую единицу. И если начнется война, мы будем одними из самых сильных солдат в имперской армии.
Было ли это как-то связано? Я посмотрел на Кави – он допил содержимое своей кружки и вздохнул.
– Знаю, что ты думаешь, – произнес он. – Но доселе мне ничего не известно о планах моего отца. Ты знаешь, что он невероятный трус и не пойдет против целой Империи. Но то он. Что же до моего брата…
Кави скривился и уставился в окно, не желая больше это обсуждать. Да, я понимал, что информации было мало. Когда Кави бежал из Королевства, его объявили предателем и запретили кому бы то ни было вступать с ним в контакт. Но даже под угрозой тюремного заключения, а в некоторых случаях даже смертной казни, нашлись преданные своему Принцу подданные. Они-то и поставляли информацию моему другу, частенько снабжая его некоторыми подробностями дел, какие творились в Королевстве Виландри.
Происходило это не так часто, как хотелось бы, ведь отлучаться от двора и направляться к границам Империи незамеченными довольно сложно. Однако если такое происходило, Кави получал ценные знания о положении дел в Королевстве.
– Ладно, подождем, – закрыл тему я. – Кави, может, ты все-таки расскажешь, что с тобой случилось?
Поскольку в разговоре он подал признаки своего возвращения, я рассчитывал на то, что он уже готов ввести нас в курс дела на счет своего необычного поведения.
Но мой лучший друг, вспомнив о тех событиях, что привели его к подобному поведению, вновь ушел в себя на некоторое время и перестал присутствовать рядом с нами. Я уже начинал беспокоиться.
– Да что произошло? – Кави молчал. – Валетта?
Кави наконец-то глянул на меня вполне осмысленным взглядом и выдал самое неожиданное, что от него можно было услышать: