Когда мы отъехали наконец-то, я смогла выдохнуть и без сил опереться затылком на изголовье сиденья.
– Всё хорошо, Софья, – сказал Костя, после недолгого молчания. – Ты молодец, спасибо тебе большое.
Он не оборачивался, и от этого стало ещё легче. Как-то сейчас я была не в состоянии смотреть ему в глаза.
– Ты же понимаешь, что это обман? – спросила негромко, озвучивая мучавшие меня мысли. – Они такие классные… И не очень хорошо, что мы ввели их в заблуждение.
– Не мы, а я, – уточнил Громов. – Не тревожься. А за всё, что я делаю, отвечаю сам. Тебе не нужно придумывать оправдания и страдать. Лика счастлива, всё остальное сейчас не важно.
Может, он и прав. Но я всё равно мучилась, стыдилась. Видимо, во мне бушевал алкоголь, заставляя переживать какие-то жуткие горки, смены настроения. Хотелось плакать. И почему-то хотелось, чтобы Громов меня утешал и слёзы вытирал. Этих желаний я тоже пугалась.
До города мы доехали в тишине, только мотор урчал да сопел Вовка.
Громов проводил нас до двери квартиры. Вовку нёс на руках. Я к тому времени вполне уже смогла стоять на ногах, пусть и не совсем твёрдо.
Он открывал дверь моим ключом. Занёс Вовку в комнату под пронзительным взором Михайловны, что ждала нас, как сторожевой пёс. Сам Вовку раздевал и укладывал в постель.
– До завтра, Софья, – сказал он на пороге. Смотрел на меня так, что я снова перестала чувствовать нижние конечности. Зато в груди будто два сердца выросло – так там грохотало и забивало дыхание.
Он ушёл, а я ещё долго торчала у двери, не в силах повернуть замок.
– Хороший мальчик, – привёл меня в чувство голос Михайловны. – Вижу, поездка удалась. Иди, Софьюшка, спать пора. Завтра новый день.
И я пошла. И упала. И снился мне Громов, что обнимал и прижимался губами к моему виску. Чертовщина. Наваждение. Мне нельзя, нельзя расслабляться!
Софья
В воскресенье, не открывая глаз, я подумала, что «завтра» наступило и что это понедельник. Вскакивала с колотящимся сердцем, панически думая, что проспала, опоздала, Вовку в садик, кормить нечем.
Очень медленно, до меня дошло, что бежать никуда не нужно – выходной. Это Громов меня сбил со своим «завтра». Видимо, тоже устал и попутал. Мы никак не могли встретиться сегодня, потому что работать мне в «Лагуне» только с начала недели.
Замечательная новость: не нужно никуда бежать, можно ещё поваляться в постели. Правда, позволила я себе упасть и закрыть глаза минут на двадцать. Домашние дела никто не отменял: уборка, стирка, кухня. На это тоже нужно время, а я катастрофически не успевала частью этих обязанностей заниматься среди недели. Тем более, у меня «на руках» два человека, которые нуждались в помощи.