Дело в том, что, пока Бетис был занят своей пшеницей, принцесса решила развить бурную деятельность в направлении другого своего увлечения – защиты прав женщин. Следует отметить, что и должность вице-президента Международной конфедерации по защите этих самых прав ей дали не за красивые глаза. В своей стране Рэми с четырнадцати лет начала со всем присущим ей пылом бороться с домашним насилием, и даже достигла некоторых ощутимых успехов в этой борьбе, что и было по достоинству оценено международным комитетом.
Завидев Эртана, она с некоторой завистью и досадой воскликнула:
– Как хорошо у вас женщинам живётся!
Досада относилась к тому, что у неё в Ниии с этим делом всё было гораздо хуже, во всяком случае, так ей показалось на первый взгляд. Рэми ещё не была искусна в сборе статистических данных, поэтому, опросив соседок, некоторых знакомых горожанок и немногочисленную прислугу А-Ларресов, сделала поспешный вывод, что женщины в Мариане абсолютно свободны и вполне уравнены в правах с мужчинами.
Эртан, который знал об истинном положении дел гораздо больше, смутился, нахмурился, заглянул ей через плечо в записи и сухо отметил:
– Далеко не всем, – и властным жестом отпустил прислугу.
– О! – удивлённо повернулась к нему за разъяснениями Рэми и заметно смутилась, обнаружив его слишком близко.
Как ни в чём ни бывало, Эртан непринуждённым жестом приобнял её за талию и спросил:
– Позволишь? – трогая пальцем её тетрадь.
Она машинально кивнула, и он принялся с любопытством вчитываться в результаты её сегодняшних исследований.
Замерев, Рэми пыталась внутри себя понять, как относиться к его руке на её талии. С одной стороны, это было в высшей степени фривольно! Да ещё в марианском бескорсетном платье – она слишком отчётливо чувствовала его прикосновение!
С другой, этот дерзкий жест казался совершенно машинальным и небрежным – ни взглядом, ни голосом Эртан никак не продемонстрировал, что заинтересован в этом прикосновении, и его рука лежала спокойно и неподвижно, не делая попыток прижать её покрепче или отправиться в путешествие по её телу.
Исподтишка Рэми испытующим взором взглянула в его лицо: он выглядел совершенно поглощённым чтением.
Взвесив все за и против, она пришла к выводу, что это машинальный неосознанный им жест, который совсем ничего не значит, и ей не стоит на этот счёт переживать.
«В конце концов, это же Эрт!» – фыркнул её внутренний голос, напоминая, что Эрту можно доверять, он точно ничего неподобающего не вытворит.
– Хм, – между тем дочитал он, – никогда раньше не думал, что отец настолько хорош в этом вопросе.