— Я лучше сдохну, чем выйду замуж за такой кусок дерьма, как ты! — отвечаю я и использую приём, которому меня научила Селеста. Поднимаю ногу и бью коленом по скудному достоинству Чарльза.
— Ах, ты стерва! — кричит он, согнувшись пополам.
— Выметайся вон отсюда или я вызову полицию!
— Ты ещё пожалеешь об этом. Вот увидишь. Я добьюсь от тебя того, что мне нужно. А потом отдам своим ребятам, которые хорошо с тобой повеселятся. Мне никто и никогда не отказывает. И ты не станешь исключением.
— Я сказала, убирайся отсюда! — кричу я.
— Я ещё вернусь и научу тебя уважению, — произносит он с таким зверским выражением лица, что мне становится страшно. Но я стойко выдерживаю его взгляд. Слежу за тем, как он выходит и только когда он покидает галерею, я без сил опускаюсь на стул. Чувствую себя разбитой и слабой. Беззвучные рыдания вырываются из меня, и я прячу лицо в ладонях. Хочется кричать, колотить в стены руками. Но у меня просто нет сил.
Не знаю, как я добираюсь до Селесты, не попав в аварию. Всю дорогу я нахожусь в каком-то трансе. Меня трясёт, сердце бешено колотится в груди. Я всё ещё чувствую ненавистный запах Чарльза, его болезненную хватку на своих руках. Там наверняка останутся синяки. Его голос звучит в моей голове снова и снова. Он стоит за смертью моей матери. Он и мой отец. Это отец что-то сделал, чем вызвал гнев семейства Кроули. Он виноват не меньше в её смерти.
— Мэди, ты в порядке, дорогая? — Мэрион открывает передо мной дверь и впускает внутрь, одарив взволнованным взглядом.
— Нет, я совсем не в порядке, — отвечаю я, и тут же на мои глаза наворачиваются слёзы.
— Милая, иди сюда, — Мэрион заключает меня в крепкие объятия, и я хватаюсь за неё, как за спасательный круг. От неё пахнет свежим печеньем, корицей и сладким парфюмом. И этот запах напоминает мне о маме. У неё не всегда хватало времени на готовку, но каждое воскресенье мы с ней вместе готовили вафли или жарили блинчики. Она пела смешные песенки, которые сочиняла сама. И я с нетерпением ждала каждое воскресенье.
— Мэдисон? Что с тобой? — тревожный голос Селесты доносится до меня откуда-то со стороны. Я освобождаюсь из тёплых объятий Мэрион и вытираю лицо от слёз. Селеста подходит к нам, её брови сведены к переносице, а руки спрятаны в карманах огромного худи. Длинные тёмные волосы собраны в гладкий хвост.
Я мотаю головой, не зная с чего начать и как всё объяснить. Слёзы снова наворачиваются на глаза, но я загоняю их назад.
— Пойдём, дорогая, налью тебе горячего чая, — Мэрион кладёт руку мне на спину и слегка подталкивает вперёд. Селеста встаёт с другого моего бока и берёт меня под руку. Только чувствуя их тепло и поддержку я наконец ощущаю себя в безопасности. Я дома. Я со своей семьёй.