— И никаких бумаг? Мы не будем ничего… — я поднимаю глаза и едва не сбиваюсь с мысли, — подписывать?
В глаза Макарова невозможно просто заглянуть, в них можно только утонуть. В темном глубоком море.
Он качает головой, спокойно принимая мою шпильку.
— Я видела новости, — его открытый взгляд действует на меня и я продолжаю говорить. — Там говорят, ты затеял войну с отцом Полины.
— Я забираю у него компанию.
— Почему?
— Это выгодно и я это умею. И это ударит по Полине, а я обещал тебе, что она ответит, — он делает паузу. — И он хотел кинуть меня. Я узнал, что он все-таки помогал Полине. Он не ожидал, что она решится на твое похищение, тут он сам испугался и побежал ко мне сдаваться. Но в остальном он помогал дочери, он хотел залезть в мои дела на правах родственника со временем. У него была не только Анфиса в моей компании, еще один человек сливал ему информацию. Из юристов.
— Звучит плохо.
— Да, кое-что он успел, — Макаров хмурится. — Сейчас исправляем.
Он проводит черту подбородком, отпуская плохие мысли.
— К черту дела, — произносит он, разворачиваясь ко входу. — Пообедаешь со мной? Я правда хочу нормально поговорить. Ты уедешь в любой момент, если захочешь.
Я же тоже этого хочу?
Да же?
В своих мыслях можно не прятаться. Я думала о нем, вспоминала, внутри остался крючок, который тянет навстречу.
Я соглашаюсь.
Макаров показывает дорогу, провожая к парковке. Дорога до ресторана занимает всего несколько минут. Седан тормозит у входа для важных гостей, а работник в темно-синей жилетке распахивает дверцу. Уже в помещении к нам выходит управляющий, который узнает Алексея и обращается к нему по имени и отчеству.
— Нравится? — спрашивает Макаров, наклоняясь к моему виску.
— Красивое место, — я киваю. — А здесь ты уже бывал?
— На открытии. Помогал перерезать красную ленточку.
Нас ведут по широкому коридору. На стенах висят плазмы в стильных рамах, а на экранах транслируют кулинарное шоу. За высокой дверью устроен отдельный просторный кабинет, где можно закрыться от посторонних глаз. В центре стоит большой стол с изысканной сервировкой — вазы с цветами, свечи, блюда. В кабинете даже есть свой балкон с плетенной мебелью.
— Я успела отвыкнуть от всего этого, — замечаю и провожу ладонью по мягкой ткани скатерти.
Оно и правда, как с самого начала.
С нуля.
Я снова удивляюсь роскоши, хотя, конечно, чувства немного притупляются. К хорошему быстро привыкаешь.
— Перебор? — спрашивает Макаров, что-то сообщая официанту одним жестом. — А я еще хотел заказать живую музыку. Вернее, заказал. Они ждут в другой комнате. Там шесть групп.