— До скольки сегодня? — слышится женский голос.
— Ой, не знаю. Столько кукол. Не то, что обычно.
— Ага, меня эти индивидуальные до дрожи доводят. Ты посмотри, какая высокая.
— На мужика похожа, — хмыкает вторая.
— Ну, кому-то и такие нравятся. Делают же.
— И что им живые не подходят?
— Дак живую еще надо уметь удовлетворить, — усмехается первая.
— О, это да.
Они проходят перед нами. Между женщинами следует кукла. Ну, наверное, она лишь немного ниже Вэйланда. А мой дракон под два метра ростом.
— Мне страшно, когда куклы двигаются.
— Ага, как живые.
— Ага, представляю, если б тут была хоть одна живая, — продолжает напарница.
Они ставят эту дылду почти в самый угол. Интересно, это кто-то индивидуально заказал или это неиспользованная? А если она живая? Да ну. Кто будет делать столь очевидную куклу из живого человека?
— Ты гля, — а это уже проходят мимо меня. — Она еще и дышит.
Мне кажется, или несколько кукол тут же обращают свои взгляды на нас? Ох, только этого не хватало. Мы сегодня не планируем тратить много золота.
— Ладно, пошли, там пора готовить выход кукол.
— Ага, идем.
Дверь за ними закрывается. Куклы то и дело двигаются, но не могут сойти с места из-за цепей.
Я подаюсь немного вперед.
— Дамы, — говорю я.
На меня никто не реагирует. Здорово.
— Итак, дамы. Если среди вас есть живые, ну, если вы из другого мира, где есть телек и интернет, просто выйдите на сцену и скажите “Вива ля Либерти”. Ну, и можете показать заодно средний палец. Хоть как-то обозначьте себя. Мы вас спасем. Этот кошмар закончится навсегда.
Я замолкаю.
— Или подайте знак хоть сейчас. Пожалуйста, — стискиваю зубы.
Но ответ для меня — тишина. Все молчат, лишь шуршат между собой, как живые мертвецы. Кукольные зомби.
Сердце сжимается. У второго колдуна были куклы. И здесь они могут быть. Я не должна сдаваться.
А если здесь главный кукловод? Который меня изменил? Вдруг он сюда войдет? Нет, не войдет. Тогда многие запомнят его лицо.
— Я знаю, что здесь может быть кто-то такой же, как я. Прошу тебя. Если не можешь показать жест или сказать, сделай хоть что-то неординарное, — вновь говорю я. — Я не одна… Я больше не с колдуном. Пожалуйста.
Но как со стенкой. Неужели тут нет ни одной девушки живой? Неужели мы ошиблись?
— Мои люди в зале. Они помогут нам спастись. Поверьте мне. Вива ля Либерти.
Дверь резко открывается. В комнату возвращаются те женщины.
— Давай, тащи первую. Аукцион начался.
Ох-ох. Дайте мне силу.
Вот и начинается. Только бы тут был хоть кто-то живой.
Только сейчас вход в другой стороне от того, куда нас завели. Ага, значит, два пути отхода.