– Вечная слава нашему повелителю!
– Доброта и щедрость его не знает границ!
Толпа радостно галдела, и император довольно улыбался. Потом он опять заговорил со мной.
– Готова ли ты, дочь моя, лишиться своего раба? Скоро мои придворные выставят против него своих убийц, всех кого только смогут найти!
Улыбка примерзла к моим губам.
– Лучше Люция все равно никого нет!
Он рассмеялся.
– Хочу посмотреть на тебя, когда случиться обратное! – Разворачивается и уходит. Следом за ним идут его дочери. Огава сильно расстроена, оглядывается на меня и едва не плачет от досады.
– Он был таким хорошим! Единственный кто по настоящему удовлетворял меня и убирал этот постоянный зуд желания в моем теле! Где я теперь найду еще такого?! – Горестно качает головой и уходит, а я смотрю вниз с балкона. Люций все еще стоит на площадке и наблюдает за мной. Я маню его к себе и он, кивнув, скрывается из виду. Скоро переоденется и придет ко мне. Или нет. Я сейчас пойду и прижмусь к нему так крепко, чтобы никакие страхи не лезли мне в голову! Никто не отнимет его у меня, ни император, ни его сын!
– Ты напрасно боишься за меня, Лили! – Горячо уверяет меня Люций.
Мы лежим в постели, и я едва не плачу от страха за него, за себя. Завтра будет еще один поединок. Пятый по счету. Хотела, чтобы Люций не бегал на кулачные бои в торговый квартал, и вот получила! Теперь он дерется во дворце на моих глазах. И это не просто драка до синяков или сломанных костей, а смертельный бой. Побежденный значит мертвый. Все по вине Люция. Если бы он не убил Грома, то возможно император не установил бы такие правила. А так ему интереснее. И не только ему. Придворные маги, мужчины и даже некоторые женщины настолько вошли во вкус этой игры, что теперь едва ли не единственной темой для разговоров при дворе был мой Люций. Чаще всего обсуждалось, где лучше подбирать для него соперников в тюрьме среди убийц или покупать у работорговцев. Но больше всего всех интересовало, когда же он проиграет.
– Никогда! – смеется Люций.
– Ты хвастун! – Злюсь я. – Из-за твоего желания покрасоваться я теперь места себе не нахожу, от тревоги за тебя!
– Если бы я его не убил, – обижается он. – Все могло бы повториться. – Он имеет в виду происки Зельмы. И он прав, конечно же. Она бы не оставила меня в покое. – И я не хвастаюсь, Лили! Кроме тебя, мой маленький эльф, меня никто не сможет уложить на лопатки! – Сажает меня сверху на свой живот и довольно улыбается.
– Твое самомнение просто выводит меня из себя! Ты когда-нибудь будешь серьезным, Люций?! Рано или поздно, но твое везение закончится, и ты проиграешь! Я не переживу этого! Я умру без тебя! – С отчаяньем, высказываю я ему. – Тебе весело, ты играешь со своими соперниками, а я сума схожу от страха!