***
Мы оттащили Макса на ту волокушу, на которой раньше лежал Лиен. Кати заботливо подоткнула ему плед и потрогала лоб. После того как Лиен нас покинул Макс впал в забытье. Лоб его покрылся испариной, и он часто и поверхностно дышал.
– Почему он не восстанавливается? – нахмурившись спросила я у Виты, – на нем же сейчас нет браслетов.
– Он пустой, резкой вброс, который устроила ему ты, затем резкое осушение. Ему тяжело, он борется, но должен справится.
– А если они нападут на нас снова?
– Вряд ли, – Вита покачала головой, – волк ушел, а насколько я поняла, им нужен был именно он.
– Как там Рус? – я обернулась к брату.
– Спит, проснется, будет как новенький. Ему здорово досталось.
У меня было столько вопросов, но, как назло, те, кто мог дать на них хоть какие -то ответы были сейчас не доступны. Мы собрали коней и накинули веревки от волокуши на кобылу Макса. Я посмотрела на дикого коня Лиена, и засомневалась. Может его выпустить? Но на удивление он стоял смирно, чуть подрагивая мягкими губами. Я подошла к нему и погладила его по морде. Конь застыл. Понюхал мои руки и тихонько заржал.
– Тише, тише, я тоже не знаю где он. Но он ведь вернется? Ты знаешь? – я посмотрела коню прямо в глаза, – ты ведь знаешь?
И тот, словно в ответ на мои вопросы, положил мне морду на плечо. Мол, не дрейфь, подруга, впервые что ли? Пока собирали весь свой не хитрый скарб проснулся Рус. Встал, потянулся, размял спину.
– Ты как? – я внимательно оглядела его со всех сторон.
– Хорошо, – он улыбнулся, – как будто и не было ничего.
– Рус, – я наконец не выдержала, все утро ходила и в голове кроме многочисленных вопросов ничего не было, – скажи, что за волк? Ты же поклонился ему, кто он? Ты – Абсолютный, признал за ним вожака.
– Не знаю, Эль. Все на уроне ощущений. Я как будто встретил первого, понимаешь? Первородного волка. Отца Волков. Это не передать словами, я слышал, нет, я ощущал столетия его жизни, понимаешь? – он посмотрел на меня так, словно от моего понимая зависело очень многое, – не знаю, как сказать. Я признал его силу, его волю, и это было… не обидно, не так, когда кто сильнее, тот и прав. Скорее, как учитель и ученик.
Я задумчиво на него посмотрела:
– Как ты думаешь, все что Макс про него сказал – правда?
– Правда, Эль, я когда с ним говорил не чувствовал злобы, ненависти, нет, скорее тоска, черная такая, тягучая, отчаянная.
– Когда ты с ним говорил? – я удивленно посмотрела на Руса.
– Ну тогда, – он махнул головой, – на поляне.
– Вот это «Ррррр?» Это и был разговор?
– А что, вполне себе мужской разговор.