Я пыталась найти информацию о том, как проводятся собеседования в этой клинике, но ничего не нашла. Даже на форумах никто не откликнулся на мой вопрос. Чуть позже узнала, почему. Первым, что я сделала, переступив порог клиники, которую называли «Белоснежная», было подписание соглашения о неразглашении всего, что происходит в этих стенах, с заоблачными суммами штрафов, при виде которых становилось плохо, некоторые человеческие органы гораздо дешевле. Претендентов было много. Здесь рассматривали кандидатуры всех желающих. Собеседование проходило в несколько этапов и уже на первом отсеяли восемьдесят процентов претендентов. Тест из тысячи медицинских вопросов я сдала с лёгкостью и мне казалось странным, что у кого-то с ним возникли трудности. Больше всего я боялась психологического теста. У меня с детства были небольшие проблемы, я всегда боялась, что кто-то узнает о моей небольшой проблеме с голосом, а также может счесть её большим недостатком. Оставалось надеяться, что с психологом этой клинике не повезло. Напрасно. Пришлось выложить всё напрямую.
Доктор ничего не записывал. Разговаривал спокойным голосом, создавая ощущение, что мы старые знакомые. Я прекрасно понимала, что это такой способ расположить к себе, и не обольщалась. Разговор начинал напоминать игру – кто кого переманипулирует. Я делала вид, что моя проблема меня не беспокоит, он – что в это искренне верит. Даже моя попытка отвлечься на его привлекательную внешность, чтобы не выдать своё напряжение, не помогла, пришлось отвечать на ворох вопросов, из которого я была обязана выбраться, скинуть с себя, чтобы пройти и этот этап.
– Ваши родители знали об этой проблеме?
– Мама знала.
– Отец?
– Нет.
– Ваша мама обращалась к специалистам?
– Да. Причину так и не выяснили.
– Лечение?
– Не помогло.
– Даже медикаментозное? – Он улыбнулся, прекрасно зная причину, по которой мне не помогли таблетки. Проницательный. Поглубже села в мягкое кожаное кресло, поёрзав, окончательно выдав себя.
– Хорошо. Да, я не пила таблетки. Мама была беспечна и отдала мне флакон вместе с инструкцией, которую я прочитала. Список побочных эффектов мне не понравился.
– Вам было семь.
В отличие от меня за время нашего разговора он ни разу не пошевелился, даже что он дышит было незаметно. Лишь глаза медленно закрывал и открывал, напоминая чем-то ленивца, только очень красивого, светловолосого с выраженными скулами и ярко очерченными губами, выделяющимися на светлой коже, будто он долго целовался перед нашей встречей.
– Даже семилетний ребёнок знает, что тошнота и рвота очень неприятны. – Мой ответ его позабавил, уголки губ дёрнулись, и он смутился, когда понял, что я заметила.