– Неожиданная встреча, – произнес ты, протянув мне руку
– А то, – выдавила из себя, отказавшись от твоей ладони и вставая самостоятельно.
Поднявшись, я начала активно отряхивать свои куртку. В эту секунду, к нам прибежал счастливейший Мик, с найденной палкой. Он радостно улыбался, насколько это способны делать собаки, и наклонил голову влево, приветствуя меня. Этому трюку мы научили его, когда он еще был маленьким.
– Еще раз? Еще раз? – начал игриво болтать ты с ним. – Апорт!
– Вау, а ты еще бываешь таким, – не сдержавшись сказала я.
– Каким таким?
– Настоящим собой.
Я поняла, это был не другой ты, это попросту была маска. Даже, скорее не маска, а целый сценический костюм, который порой ты снимал, забывая о чем-то или, может, о ком-то. Порой сквозь него проявлялось то, что я в тебе любила до судорожного пересмотра старых фото, а потом возвращалось то, что я ненавидела.
Всё то, что было запечатлено на фото с этого первого сентября.
– Арьяна… – назвал меня ты не моим именем.
– Скажешь, что ты все тот же, врежу.
После моих слов, мы медленно побрели вперед, абсолютно не смотря друг на друга, но угроза заставила тебе слегка расхохотаться.
– Борцу с золотыми медалями? – игриво спросил ты.
– С локтя и по колокольчикам, – гневно пригрозила я, даже не стараясь улыбаться.
– Верю, – прошептал ты, погладив вновь прибежавшего Мика за ушком и кинув ему палку опять.
Мы опять побрели в молчании, и я все думала, стоит ли говорить о чем-то или может попросту попытаться тихо сбежать. За эти полгода молчания ты стал мне чужим человеком, но в то же время, идя с хохочущим тобой тогда, с пацаном, который играл с Миком и радостно шутил, я просто была не в состоянии разрушить это хрупкое мгновенье. Мне казалось, что эту секунду вообще нужно было превращать в тот самый стеклянный шар, где катается снег, и дорожить им, как зеницей ока.
Спустя какое-то время, мои руки начали трястись. Все- таки выскочила я на улицу без перчаток и совсем налегке.
– Держи, – ты протянул мне свои варежки и улыбнулся.
– Спасибо, не надо, – процедила я, положив руки в карманы.
– Арьяна, я сейчас насильно их надену!
– Почему?! – не выдержав вскликнула я на всю улицу.
Твое предложение…Всё…Всё это попросту заставило меня вновь задрожать, подобно твоим ногам, после пробежки в сто метров. Это было в точности как тогда, первого сентября. Как в тот самый худший наш диалог.
– Потому что ты замерзла, – не понимающе ответил ты, сверкая своими голубыми глазами.
Они были как два очень красивых озера, и, шепча себе: «не тони, не тони, не тони», – я в итоге решила опустить взгляд.