Чешуйчатый парень на другом берегу опустил руку. Флейта замолкла. Анна попыталась пошевелиться, и с ужасом поняла, что ноги её так глубоко ушли в ил, что она не может сделать ни шагу. Чешуйчатый коротко рассмеялся.
Звук передергиваемого затвора в наступившей тишине был каким-то очень уж слышным.
— Я сказал тебе — отвали нахрен, — раздраженно крикнул Марти Доннахью. — Застрелю к чёртовой матери, рыба ты тупая.
Судорога, сводившая ногу, заставила Анну зашипеть от боли. На другом берегу белый костёр разбрызгивал искры. Существа, танцевавшие вокруг него, теперь стояли неподвижно, словно причудливые изваяния. Они молчали.
— Я не буду себя резать, пускать кровь и грозить железом. Я тебя застрелю, слышишь, урод? Отпусти женщину!
Костёр взорвался, как будто кто-то сыпанул туда пороху. Анна ослепла на несколько мгновений. А когда зрение вернулось к ней, никого уже на отмели не было, только плыл дым от погасшего костра.
— Долбанные рыбы, — проворчал Доннахью. Анна наконец смогла повернуться к нему. Охотник на фей стоял на твердом берегу, нависающем над водой, в левой руке — пистолет, права неподвижно висит вдоль тела. Он вбросил пистолет в кобуру, опустился на колени и протянул руку Анне: — Давай выбираться.
К ней вернулась способность двигаться, и Анна, тихо охнув, схватилась за ногу, попыталась размять сведённую судорогой мышцу.
— Давай вылезай, — повторил Марти и, когда она распрямилась, подхватил Анну под мышки и потянул наверх. Чтобы помочь ему, она попыталась как-то оттолкнуться от топкого дна, но только почувствовала, как соскальзывают со ступней кроссовки, и полузадушено выругалась.
И почти в этот же момент Доннахью рывком втащил её к себе на берег. Анна запоздало удивилась, что совсем не помнит, как спускалась отсюда к реке. Берег был достаточно высок, чтобы сидя на краю, она не касалась ногами воды.
Марти Доннахью опустился на корточки рядом с ней. Вытер лицо рукавом. Перевёл дыхание, сказал:
— Вот так это обычно и бывает.
— Я сглупила, да? — Анна зябко повела плечами.
— С боевым крещением, типа, — Марти усмехнулся.
— Кроссовки утопила, — от холода и испуга её начало трясти.
— Не очень большая цена, — хмыкнул Доннахью. Встал на ноги и протянул Анне руку. — Пойдем греться, что ли.
Анне потребовалось два спальника и включённый обогрев в машине, чтобы перестать трястись. Марти смотрел на неё сочувственно и нагрел еще кофе.
— Кто они, те… существа на берегу? — спросила Анна, после того как смогла наконец отпить из кружки.
— А я знаю? — Доннахью пожал плечами. — Какие-то водяные фейри. Их много здесь, разных существ, имена которых на нашей стороне Границы если знали, то забыли давным-давно. Мне кажется, не все хотят, чтобы их помнили.